– Когда именно ты не хотел?! Сейчас?! Или в первый же день?! Может, когда раз за разом разбивал мне нос?! Ты только и можешь, что причинять мне боль! За что?! Скажи, Кейгард Справедливый, за что расплачивался ни в чём не повинный парень?! Где твоя хвалёная любовь к справедливости и честности?! Пошёл ты к чёрту! Я ненавижу тебя! Никогда, слышишь, больше никогда не подходи ко мне! – выплюнув мне в лицо свою боль и обиду, она взлетела в небо.

С отчаяньем глядя на белоснежные крылья, я с ужасом вспоминал, сколько наворотил дел, ослеплённый своей злостью. Ни один демон не издевался над своей истинной так, как самый честный и справедливый из них, наказывая её за собственную слабость. Что же я наделал?! Собственными руками убил любовь, о которой всю жизнь мечтал!

Открыв портал, шагнул в свой кабинет. Прихватив с барного столика бутылку виски, тяжело опустился на диван, глотая обжигающий напиток прямо из горла. Перед глазами картинками мелькали воспоминания: невысокий лохматый парень с разрезанным Катаной плечом; он же, утирающий разбитый нос; ещё раз, ещё… много, очень много раз… Ровный разрез, красной полосой рассекающий его спину. Доверчиво прижимающийся ко мне ангел и её слова: «У меня преподаватель – полный неадекват! Творит всё что взбредёт в голову, и, похоже, получает от этого удовольствие!»

– Нет, моя девочка, не получал! Никогда не получал! Мне было ещё больнее, чем тебе, но меня это не оправдывает!

АДЭЛИНА.

Войдя в комнату, почти ничего не видя из-за слёз, струившихся по щекам, я выпила зелье преображения, стянула тренировочный костюм и надела лёгкие брюки с блузкой, на ноги кроссовки, волосы заплела в косу, покидала свои вещи в сумку и, перекинув её лямку через плечо, отправилась на выход. Не успела. В дверях меня поймал в объятья Курд, крепко прижимая к груди.

– Я же просил тебя не наделать глупостей, предупреждал, что так и будет! О чём ты думала, Эль? – укоризненно пробубнил он в мою макушку.

– Уже не важно! Ничего теперь не исправить! Я ухожу, Курден, мне пора домой! – прошептала в ответ, орошая слезами его футболку.

– Что, опять будешь два дня крыльями махать? Не смеши! Я тебя отведу. Говори куда.

С горем пополам объяснив, куда мне надо, ухватившись за руку друга, я приготовилась к переносу. К месту назначения мы добирались с тремя остановками, всё-таки он ещё слишком молод для далёких переносов без привязки к месту или человеку. Войдя в пустующий замок Курден, осмотревшись, произнёс:

– Миленько! – и повернувшись ко мне, добавил: – Давай свою руку!

– Зачем? – округлила я удивлённо глаза.

– Портальную привязку на тебя поставлю, ты же не думаешь, что так просто от меня избавишься?

Улыбнувшись, протянула ему ладонь. Что-то пошептав и чиркнув когтем, сначала по ней, потом по своей, он смешал нашу кровь.

– Вот и всё, теперь я смогу приходить к тебе, где бы ты ни была. Ладно, я пойду, жди завтра в гости! – чмокнув меня в щёку, Курд ушёл, оставляя меня один на один с моей обидой и болью.

Как же быстро всё изменилось! Буквально этой ночью я плавилась в руках любимого и утром летала от счастья. А сейчас я не хочу его видеть и чувствую только ненависть.

20

ДЭЙМОН.

– Малыш!!! – мой взбешённый рык разлетелся по дворцу.

С грохотом распахнув дверь нашей с женой спальни, я встретился с ней взглядом. Лана стояла с противоположной от меня стороны кровати, уперев руки в бока и гордо вздёрнув подбородок.

– Скажи мне, родная, я говорил, что Алан наказан? Предупреждал, чтобы никто не входил в его комнату и не давал ему обезболивающих зелий? – дождавшись утвердительного кивка, заорал: – Так какого хрена ты к нему ходила? Ещё и Рори проволокла, чтобы он подлечил этого алкаша!

– Дэй, ты к нему слишком жесток, вот что он такого сделал?

– Наследный принц не может возвращаться с попойки на четвереньках! Это же надо было так нажраться, что идти не в состоянии! Ещё и трёх баб на спине припёр!

– Вот именно! Трёх!!! Значит, он был не так уж и пьян, зачем-то же он их пёр! – ещё и глазами невинно так похлопала. – В конце концов, ну переборщил, он же ещё ребёнок!

– Хочу напомнить: твой ребёнок возвращался с праздника в честь своего стопятидесятилетия!

– А я и говорю – совсем дитя!

– А нахрена, позволь спросить, дитю три бабы? – я вопросительно изогнул бровь в ожидании ответного хода.

– Мальчики тоже иногда играют в куклы!

– Всё, я не желаю слушать этот бред! Ты нарушила мой приказ!

– Наказывать будешь? – закусила она в предвкушении губку.

– Безусловно! Снимай с себя это тряпьё!

Её пальчики заскользили по пуговкам платья, медленно расстёгивая одну за другой, разжигая во мне азарт, и тут... В дверь постучались. Удивлённо посмотрев на жену, пошёл открывать. Чтобы потревожить нас в спальне? Это должно произойти что-то существенное. На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стоял Курден.

– Что случилось?

– Дед, там Кейгард... Он рассёк Эль спину Катаной, потом только узнал, что она девушка, закрылся в кабинете, наложил на него противопортальное заклинание и уже больше суток оттуда не выходит.

– Вот чёрт! – зарылся я пальцами в волосы. – Где девчонка?

– Она ушла к себе в замок.