Бредя по парку, вспоминала сегодняшнее утро и анализировала свои чувства. То, что увлеклась ректором, я поняла уже давно, сложно отрицать, что меня к нему тянет. Прекрасно понимая, что он ненавидит меня, я старалась это игнорировать, но после того, как он явился за мной, тело словно сошло с ума: мозг думал только о нём, сердце от этих мыслей сжималось, а в животе загоралось приятное томление непонятного мне свойства.

Подняв голову на академию, я увидела его! Кейгард сидел на подоконнике распахнутого окна на пятом этаже центрального здания и, оперевшись спиной на раму, запрокинув голову, смотрел на с каждой минутой чернеющее небо. Безумно захотелось сесть рядом, прикоснуться к перекинутым через плечо и свободно свисающим вниз волосам, чтобы узнать, какие они на ощупь. В голове всплыла фраза, сказанная мне королём: «Дай мужику шанс ответить взаимностью!» А что если он прав? Возможно, Адэлина не вызовет у ректора негативных чувств?

После недолгих сомнений, я приняла решение попробовать и устремилась в свою комнату. Покопавшись в сумке, достала косметику, нижнее бельё, платье и туфли. Выдвинула ящик своего письменного стола и взяла из него пузырёк с зельем. Скрывшись в гардеробной и сделав глоток из флакончика, начала переодеваться: бельё, чулки, шёлковое белое платье до колен с летящей юбкой и верхом на тонких лямках. Прошлась расчёской по волосам, я уже отвыкла от их длины, сунула ноги в туфли на высоком каблуке, слегка подкрасила ресницы и мазнула по губам светлой, почти прозрачной помадой.

Улыбнувшись отразившейся в зеркале девушке, направилась на выход. Когда толкнула от себя дверь, с другой стороны её потянули, и я прилетела в объятья Курда.

– Вот это сюрприз! – выдохнул друг, восхищённо меня разглядывая и прижимая плотнее. – Куда же ты уходишь, фея? Если ты искала своего демона, то он уже пришёл!

– У тебя что, яйца зажили? – поинтересовалась у него.

Сосед растерянно моргнул, не понимая о чём я, вызывая желание от души похохотать.

– Ку-урд, отпусти меня! Помнишь, дедуля просил никогда ко мне не прикасаться!

– Эль?! – выдохнул он потрясённо.

Не выдержав, рассмеялась.

– Чёрт возьми, какая же ты красивая! А может, ну его, этого ректора, пойдём, пошалим? – поиграл он бровями.

– Курден! – сказала я очень строгим голосом. – Вспомни! Дед сказал – остальные безоговорочно послушались!

– Кажется, я ненавижу деда! – заулыбался он, разжимая объятья. – Решила дать шанс? – и увидев мой смущённый кивок, прокомментировал: – Ну и правильно! Давно пора перестать издеваться над мужиком!

– О чём ты? – удивилась я его фразе.

– Потом узнаешь! – щёлкнул он меня по носу. – Беги! И помни: на первом свидании ни-ни!

– Дурак! – ткнула его кулаком в рёбра и пошла в... Парк!

Встав под дерево, посмотрела на заветное окно. Кейгард всё ещё был там и даже позу не поменял. Глубоко вздохнула, набираясь решимости, выпустила крылья и легко оторвалась от земли, сначала устремляясь в небеса, а потом медленно опускаясь в нужном мне направлении.

Заметив меня, ректор удивлённо распахнул глаза шире, наблюдая за моим приближением. Подлетев к нему, зависла в воздухе, молча глядя в сапфировую синеву. Он так же молча раздвинул ноги, свесив их по краям подоконника, освобождая мне место. Боком присела между разведённых коленей, перекинув свои ножки через его бедро и оставив их снаружи. Ну да, подоконник большой и места много, но так хочется ближе, чтоб соприкасаться и чувствовать тепло его тела. Кей так и не пошевелился, просто смотрел на меня в тишине ночи. Его волосы в лунном свете сияли словно серебряные. Не выдержав, протянула к ним руку и, подхватив прядь, пропустила её через пальцы. Такие мягкие, шелковистые, они вызывали желание зарыться в них лицом и вдыхать их запах. В ответ он осторожно обхватил меня за талию, притягивая ближе, зачарованно глядя в глаза. По скуле прошёлся большой палец и ладонь, ласково скользнув дальше, зарывшись в волосы, легла на затылок. Так и не разорвав контакта наших глаз, он медленно, давая мне возможность уйти, начал склоняться к моим губам. Я в ожидании и предвкушении непроизвольно облизнула их, на что мужчина практически невесомо обхватил сначала нижнюю, тут же переходя к верхней. От этих прикосновений по телу разлетелись искры, пройдя по всем закоулкам и потаённым уголкам, собрались внизу живота, ласково щекоча, будто в нём порхают бабочки. Я подалась к нему, желая сохранить эти ощущения, и, прижавшись к широкой груди, заскользила по ней ладонями, пробираясь выше, обвивая шею и зарываясь пальцами в белоснежные волосы. Нежный, обжигающе горячий язык раздвинул трепещущие губы, проникая в рот, мягко его исследуя. От незнакомых ощущений сбилось дыхание, соски затвердели, бабочки в животе исчезли, уступая место чему-то пульсирующему в сладких спазмах. Местечко между ног вдруг обдало жаркой волной и стало влажно.