В центре города раздался взрыв - нет, не взрыв, подумал Адда, а оглушительный рвущийся звук, громкий выдох.

На мгновение воцарилась тишина. Затем по городу прошел шок.

Казалось, сама ткань здания прогнулась. Маленькая комната загрохотала вокруг них, и осколки посуды, уже разбитой вдребезги, тонким градом застучали по стенам.

Когда дрожь прошла, Фарр спросил: - Что это было? Еще одна стабилизация магполя?

- Я так не думаю. Это было резче - более отрывисто... Давай, парень. Давай пошевеливаться.

Ито быстро поцеловала их обоих в щеку. - Будьте осторожны, - сказала она.

Больница общего блага находилась в верхней части нижнего города, и Адда решил, что самый быстрый способ добраться туда - и, скорее всего, без помех - будет через Пэлл-Мэлл. Итак, они с Фарром направились по одной из главных улиц-артерий к широкой оси города. Адда обнаружил, что теперь передвигаться стало немного легче; большинство людей, должно быть, добрались до места назначения, которое они искали, или, с грустью размышлял он, лежат раненые в каком-нибудь уголке города. Но аэромобили представляли все большую угрозу. Машины неслись по пустеющим улицам с упряжками перепуганных воздушных свиней; несколько раз человеческим существам приходилось отклоняться в сторону, чтобы их не сбили. Однажды они наткнулись на аэромобиль, который врезался носом в витрину магазина. Водителя нигде не было видно, но упряжка воздушных свиней все еще была прикреплена к его машине. Свиньи напрягались в своих оковах, их круглые рты широко раскрылись, когда они кричали.

Фарр ослабил ремни. Освобожденные свиньи разбежались в тени коридоров, отскакивая от стен, как игрушки.

Они добрались до перекрестка улицы-артерии и торгового центра. Адда на мгновение задержался на прямоугольном выступе улицы, затем приготовился броситься в главную шахту. Но Фарр схватил его за руку и удержал. Мальчик указал вниз. Адда уставился ему в лицо, затем прищурился и заморгал, чтобы очистить свой здоровый наглазник.

Нижняя часть торгового центра - огромного сферического рынка - была залита светом. Слишком много света, который отражался от направляющих, киосков, огромного колеса казни... Желтый воздушный свет, который лился в центр города из новой неровной шахты, проходившей прямо через торговый центр, прямо над рынком.

Так вот в чем была причина шока, который они испытали с Ито.

Края шахты были аккуратными - настолько аккуратными, что Адда почти мог подумать, что она создана человеком как еще один проход. Но поперечное сечение этой шахты было неправильным - бесформенным, ничего общего с четкими прямоугольниками и кругами, которые определяли Парц, - и она была смещена от центра, перекошена, слишком широка.

Адда немного отошел в торговый центр и уставился на разрез.

Внутренняя обшивка торгового центра была содрана, магазины и жилые дома срезаны так чисто, словно по ним провели лезвием. А в самой ране он мог видеть поперечные сечения разрезанных домов, магазинов. Там были брызги разорванной плоти. Он слышал человеческие голоса, но не крики: были стоны и низкий непрерывный плач.

Фарр присоединился к нему в воздухе. - Что это? Что случилось?

- Осколок квантового моря, - мрачно сказал Адда. - Город пострадал. Выглядит так, как будто айсберг прошел прямо сквозь нас... Нам повезло, что город не был разнесен вдребезги... Давай, Фарр. Давай посмотрим, работает ли еще эта чертова больница.

Они спустились по широкой, почти пустой шахте торгового центра, отыскивая способ добраться до больницы.

24

 Хорк провел толстыми пальцами по дверному косяку. Затем, нетерпеливо размахнувшись, чтобы усилить давление, он уперся ладонями в дверь и толкнул.

Дверь отворилась на невидимых петлях, тяжелая и бесшумная; воздух зашипел.

Сквозь дверной проем Дюра мельком увидела другую комнату, побольше, со стенами из такого же невыразительного серого материала.

На мгновение Хорк и Дюра замешкались перед дверным проемом.

- Давай продолжим, - прорычал Хорк. Он ухватился за края дверной рамы. Одним плавным движением он протащил свое тело внутрь; его небольшие ноги, мягко покачиваясь, исчезли в раме.

Со вздохом Дюра взялась за раму. Как и остальные материалы стен, края рамы были прохладными на ощупь, но казались тонкими, как нож, и впивались в ладони. Она осторожно положила руки на внешнюю поверхность стены, за рамой, и протиснулась внутрь.