- Да? - отложил вилку с ножом и откинулся на спинку кресла. Насмешливо поднял брови, выдерживая паузу.

Я какой-то пятой пяткой почувствовала, что он сейчас выдаст что-то, что навряд ли придется мне по душе. И он «не разочаровал».

- Тогда скажи-ка мне, что же я должен предпринять в связи с тем, что, оказывается, ты целуешься с другими? А?

Я молчала. Что?! Что он сейчас спросил?! У меня слуховые галлюцинации?

Все, на что я была способна в данную минуту — это просто моргать, да открывать и закрывать рот, изображая карпа.

- Чего ж ты замолчала? Ты же борец за справедливость, - насмешка ушла из его глаз, отчего последняя фраза приобрела весьма мрачный окрас.

- Подслушивать нехорошо, - брякнула первое, что пришло на ум.

- Мне надо было перед тем, как идти в раздевалку, бируши в уши вставить? Там и напрягаться не надо было, чтобы услышать.

Не дождавшись от меня ответа, он неожиданно встал и пересел на соседнее кресло.

- Что ты?… - воскликнула я, когда он неожиданно дернул мое кресло на себя, с мерзким лязгом подвигая ближе к своему.

- Ты не ответила мне на вопрос, Женя, - тихо сказал, рассматривая мое лицо.

Какой вопрос? Какой еще может быть вопрос, если все на что я сейчас способна, так это следить за его изучающим взглядом и ощущать на коже легкое, едва-ощутимое покалывание. А когда он на моих губах сосредотачивает свое внимание, я неосознано провожу языком по ним, задерживая дыхание. А он не отрывая взгляда, голосом, в котором еле-еле угадывается хрипотца произносит:

- По твоей логике, Женя, я должен тебя наказать, - чуть помолчал, приближая свое лицо к моему и уже совсем тихо добавил. - Я должен.

-34-

Вторник, среда, четверг. Каждое утро Богдан просыпался и засыпал с мыслями об этой несносной девице. Да, он готов был сразу на следующий день перехватить Швед. Но как говорится, помешали огород, жара и долбанные куры.  Человеческим языком - тренировки, учеба и практика, на которой настоял отец. Пока устаканивал свое расписание, прошло три дня - три отвратительных, кошмарных дня. При всем желании, а оно было и весьма не скромное, Дан не мог выкроить ни минуты на решение личных проблем.  Не сказать, что на сегодняшний день стало легче, но сейчас он хотя бы имел четкое представление о собственном графике.

Секс с Миланой доставил нереальное удовольствие, но вот уверенность в том, чья имено эта заслуга ни хрена не радовала. Вторник, среда, четверг - три дня он пытался осознать феномен произошедшего и рационально объяснить появление Жени перед глазами, когда Дан был на...в другой.  Впрочем, остановившись на простом объяснении - все это игры разума - он успокоился. 

Швед оказалась на редкость токсичной особой. Казалось, она проникла во все сферы жизни Макарова. Чем тупо вымораживала его. И ладно бы привносила что-то хорошее, так ведь нет — только неопределенность и головную боль. А уж говорить о том, что он не мог сосредоточиться на том, что сейчас, действительно, очень важно для него вот вообще не стоит. Вчера ему от тренера досталось «на орехи» по самое не балуй.

- Макаров, ты глаза куда запихнул? В задницу?

И это было самое безобидное, что услышал Богдан от тренера в этот день. Все закончилось тремя кругами вокруг поля и отжиманиями. Не критично, но, с*ка, как же неприятно!

Сорок восемь - надо что-то решать со Швед; сорок девять - надо дожать ситуацию, пятьдесят - и сделать это в ближайшие дни. Уф!!! Богдан поднялся на ноги, постоял пол-минуты, восстанавливая дыхание, и направился к тренеру.

- Ну, что Макаров, прочистил мозги? - внимательно наблюдая за тренировкой парней, кинул Петрович. - Не, ну вы посмотрите на него! - сделав пару шагов вперед и активно жестикулируя, внезапно заорал тренер. - Андреев, ты забыл, как пас давать? Почему Леснову мяч не отдал, он же открыт был?! Как сопляки зеленые, ей богу, - ворча, Петрович вернулся обратно.

Богдан молча ожидал, когда тренер обратит на него внимания. Если Петрович не в духе, лучше не переть на рожон.

- Макаров, а чего стоим-то? Бегом, бегом, бегом. Пошел на поле! Стоит он - отдыхает!

И вот сегодня, заезжая на парковку, Богдан глазами выцепляет Женю. Нет, специально не искал. Просто в какой-то момент, как по щелчку повернул голову и увидел девушку. Одета вот вроде просто: джинсы какие-то, куртка, кроссовки. Совершенно обычная. Да он еще пару недель назад даже не взглянул бы в ее сторону, не то, чтобы заговорить. Так, почему сейчас, наблюдая за Швед, он ощутил радость от встречи? Черт! Да он по ходу соскучился по этой странной девчонке. Ерунда какая-то, - тут же одергивает себя. Это всего лишь план, игра. И как великий актер он должен разделять чувства героя и свои собственные, иначе можно с катушек слететь.  А где этот ее, Петечка? Почему она одна идет? Нарезвились небось уже друг с другом? Кролики, мля. С этими мыслями и с соответствующим настроением  направил автомобиль в сторону девушки и преградил ей путь.