– Нет, – честно ответил я. – Я никогда по-настоящему не любил. – Потому что не способен. – И количество подруг – не повод для соревнования.

Если уж на то пошло, оно говорило скорее о моей испорченности: я менял девушек как перчатки; всегда чего-то искал; и бросал любую, как только чувствовал ответную привязанность.

Харпер чуть расслабилась и проговорила с улыбкой:

– Ну, по крайней мере, ты уже не девственник и умеешь целоваться. Тебе не пришлось нервничать перед выпускным.

– Харпер, – прошептал я, испытывая приступ тошноты от тех мыслей, которые обуревали девушку, – ты реально решила, что этот парень станет твоим первым?

Как же мне хотелось услышать отрицательный ответ!

Она посмотрела в сторону и слегка пожала плечами.

– Не надо себя так настраивать. – Я осторожно приподнял ее подбородок и посмотрел ей в глаза. Какая же она красивая! Красивая во всех смыслах: умная, добрая, веселая… практически идеальная. Ни один парень из тех, кого я знал, не заслуживал такой девчонки. Включая меня. – Поцелуи… секс – это не про то, чтобы поставить галочку. Это про взаимную потребность и желание; про стремление друг к другу. Это про жажду обладания чем-то – вернее, кем-то – настолько сильную, что нет другого выхода, кроме как утолить ее. Если повезет, ты испытаешь любовь, при которой тело способно общаться, а не только брать. Если ты так нервничаешь, то не трать драгоценность первого поцелуя, твой первый раз на какого-то парня, единственное достоинство которого состоит в том, что он не боится Бэша и Райкера.

– Или тебя, – добавила Харпер.

Услышав такое, я почувствовал всепоглощающее желание защитить девушку, на которое не имел никакого права.

– Все верно, пусть боится. Если он сделает хоть что-то против твоей воли, то Бэш и Райкер и дернуться не успеют, как я в порошок его сотру. Только позвони, и я тут же с ним разберусь.

Никто и не собирался хоть пальцем тронуть ее без полного согласия. Но, черт возьми, я вообще не хотел, чтобы кто-то к ней прикасался! В тот момент я всем телом чувствовал потребность предъявить хоть какие-то права на единственную женщину, в сторону которой мне не позволено даже смотреть.

– Покажи мне, – прошептала она.

– Ты о чем? – Я потянулся в задний карман за телефоном.

– Покажи мне… что такое желание, потребность. Поцелуй меня.

Черт, кажется, я…

Каждый мускул моего тела напрягся, когда я невольно переключил свое внимание на ее рот.

– Харпер…

– Всего один маленький поцелуй. Каких у тебя, было, наверное, тысячи.

Один поцелуй, который так много для меня значил!

Рассудок еще какое-то время боролся с инстинктами, пока эгоистичный засранец, каким я был, не одержал победу. Как же я хотел ее поцеловать! Я хотел быть первым, кому приведется почувствовать нежность ее губ и услышать звуки, которые она издаст. А еще мне хотелось показать ей, насколько приятным может быть поцелуй – сам по себе полноценный акт любви. Пусть эгоистично, но мне хотелось стать тем мужчиной, с которым она сравнивала бы всех остальных парней на свете.

– Пожалуйста. Я никому не скажу, – пообещала она. – Покажи. Ты ведь можешь. Вдруг я никогда не почувствую то, о чем ты говоришь? Я просто… доверяю тебе, Нокс.

Вот дерьмо! Желание переросло в потребность, с которой я не мог совладать, – особенно когда она так на меня смотрела.

Нельзя.

– Харпер… – Я взял ее лицо в ладони и провел большими пальцами по ее скулам. – Это неправильно…

И тут она приподнялась на носочках и впилась в мой рот. Поцелуй был нескладным, с плотно сжатыми губами и закончился прежде, чем я успел как-то отреагировать. Харпер отстранилась, глядя на меня с ожиданием и опаской.

– Ты меня поцеловала, – с расстановкой произнес я. Свой первый поцелуй она подарила мне. Мне, а не тому парню из школы, который в данный момент готовился сопровождать ее на бал.

– Вот теперь и меня поцеловали, – с вызовом дернула она плечиком.

– Нет, не поцеловали. – Да гори оно все огнем, я не собирался останавливаться. Ее поцелуй был подобен маленькому снежку – предвестнику огромной лавины, которая снесет нас обоих. Все еще можно было остановить, пока я медленно наклонялся к ней – давая возможность отстраниться. – Пока еще нет.

Она затаила дыхание и закрыла глаза за секунду до того, как я коснулся ее губ своими, растягивая время так, будто у нас была целая вечность. Ее губы оказалась нежнее, чем я мог себе представить.

Когда она издала вздох, я нежно прикусил ее нижнюю губу, а языку позволил скользнуть по ее внутренней стороне. Никогда еще я не был так осторожен с девушкой, внимателен в каждом движении, чуток к ответной реакции. Потому что я целовал Харпер.

– Нокс, – прошептала она, прижимаясь, чтобы получить больше.