– Кажется, пора. – Дрожащими руками она сорвала с коробки серебряную ленточку и начала расстегивать пластиковые зажимы.

Что-то здесь было не так.

– Что случилось? – тихонько спросил я, сознавая, что в любую секунду может войти Райкер и Харпер окончательно испугается.

Подняв свои сине-зеленые глаза, она поразила меня в самое сердце, как не смог сделать никто другой за три года, что я учился в Боулдере. Я солгал бы, сказав, что не общался с девушками – как же без них, – но ни одна не имела такой власти надо мной, как Харпер. И сознавать это было крайне печально. Если бы на ее месте была другая…

«Так, прекращай» – велел я себе.

И когда коробочка выскользнула из рук девушки, вновь спросил:

– Харпер, почему ты так нервничаешь?

– Вовсе я не нервничаю, – на голубом глазу соврала девушка и, прежде чем я успел что-то сказать, схватила упавшую на пол бутоньерку. Ее руки продолжали дрожать, но она расправила плечи, вздернула подбородок и изобразила на лице кукольную улыбку, от которой у меня аж зубы свело. – Рада была повидаться, Нокс.

С этими словами она гордо прошествовала на выход.

«Отпусти ее!» – кричал внутренний голос рассудка, и все же я не мог отделаться от мысли, что Харпер что-то серьезно беспокоит, и последовал за ней по коридору до ванной комнаты, где она проверяла свой безупречный макияж и перебирала содержимое маленькой сумочки.

– Чего тебе, Нокс? – огрызнулась она, заметив меня в зеркале.

– Еще раз спрашиваю, почему ты нервничаешь? И не лги!

Харпер бросила на меня такой испепеляющий взгляд, что я даже опешил.

– Причина в ком-то из парней? – Я вошел в ванную и закрыл за собой дверь. Заметив, что отступать некуда, девушка сделала шаг назад, оказавшись вплотную к вешалке для полотенец. – Здесь никого, кроме нас, нет, и я обещаю, что не скажу ничего Раю. Пожалуйста, доверься мне. Почему у тебя дрожат руки? На выпускном следует веселиться.

Ее губы сжались.

– Так, как вы веселились вместе с Энджи Кроуфорд?

Я растерянно моргнул.

– Откуда ты знаешь?

– Я ведь не дура, Ноксвилл Дэниелс. – Она вызывающе вздернула подбородок, назвав меня именем, которое никто другой не посмел бы выговорить.

– Ты права, мы с Энджи… хорошо повеселились, – согласился я. Если можно назвать весельем то, что мы с Энджи оказались голыми на берегу озера Хокинс. – Постой, уж не думаешь ли ты, что твой парень заставит тебя заняться сексом? Клянусь, я убью его…

Не успел я договорить, как рука Харпер взметнулась к моим губам.

– Тише! Если Райкер услышит, я так и умру девственницей.

Вот это заявление. Значит, она и планировала заняться сексом?

Девушка подняла на меня глаза.

– Мне не до шуток. Ты представить себе не можешь, как трудно было найти парня, который решился бы стать моим кавалером, не испугавшись вас! Не смей испортить мне вечер! – Она медленно опустила руку. – Плохо уже то, что Бэш будет там с Эмерсон, а значит, мне придется всю ночь прятаться от лучшей подруги.

– Ты что, девственница?

– Удивлен?

– Немного. – Хотя, если честно, я был просто ошарашен. Харпер оказалась отличной актрисой: она частенько подзуживала Эмерсон бросить Бэша, который терпеливо дожидался совершеннолетия Эм.

– Судя по тому, что ты постоянно заявляла…

Девушка удивленно подняла брови.

– И ты решил, что я опытная?

– Что у тебя все в этом плане под контролем, – поспешил сказать я, предвидя, что Харпер прицепится к этим словам.

– Именно так. У меня все было бы под контролем, если бы не Райкер, Бэш и ты! – Она ткнула меня в грудь пальцем. – Вы распугали всех парней в школе Легаси, пока не уехали в колледж. Да и за собой вы оставили такую полосу отчуждения, что ко мне никто не посмел даже приблизиться. И вот я иду на выпускной бал нецелованной девственницей с парнем, который намного опытнее меня – так, по крайне мере, заявляет четвертая часть девчонок нашего класса. Конечно же, я нервничаю и боюсь сделать что-то не так.

– Девственница, – повторил я, гадая, кого же мне так и не удалось от нее отпугнуть. В этом вопросе мы трое были чертовски последовательны и постарались довести свое мнение до каждого ученика нашей небольшой школы.

Секунду… она сказала «нецелованная»?

– Ты зачем меня так называешь?

– За тобой повторяю, – парировал я.

– Я намерена сегодня все изменить. Потерять девственность на выпускном – это ли не мечта?!

Наверное, я купился бы на эти слова, если бы ее губы не задрожали.

– Для кого как. Мечта многих – сделать это по любви.

– А ты был влюблен в Энджи Кроуфорд?

Мне послышалось, что в ее голосе прозвучала зависть?

– Нет. И она не была моей первой.

Или второй.

Харпер удивленно открыла рот.

– А сколько их было? И ты любил свою первую?

Казалось бы, такой простой вопрос! Однако в нем сквозило не только любопытство, но и что-то еще – очень сокровенное.