Мне стоит это прекратить? Заставить себя забыть о произошедшем, держаться на расстоянии и вести себя холодно. Я умела же контролировать свои чувства. Никогда с Клыком, но до него. Мне нужно было просто собраться, привести все эмоции в равновесие и, как рычагом, отключить все чувства к мужчине.

Или я могла позволить этому продолжаться. Пустить всё на самотёк. Я хотела быть эгоисткой. Тогда, в душе, когда растворялась в прикосновениях и запахе мужчины. Почему бы и нет? Просто отдаться чувствам и желаниям, опуская все риски. Не завалить работу, не проебать саму себя. А в остальном можно творить что угодно.

Я в любом случае уже не вернусь прежней.

Но можно дать Клыку шанс.

В любом случае, у него ещё практически два часа, которые я обещала сама себе.

И вот если я выберусь на пару минут из машины, Клык же не узнает. Можно подобраться ближе к салону. Если что, скажу курить вышла. А заодно узнаю, что понадобилось мужчине.

Я выбираюсь из машины, забирая с собой ключи, и тихо прикрываю дверь. Делаю несколько шагов к зданию и замираю.

Со стороны салона красоты раздаётся выстрел.

Я вернулась и принесла новые главы. Сегодня будет ещё одна глава, до конца недели - каждый день новая глава. А дальше посмотрим на поведение моей музы и ваше)

Пожалуйста, поддержите комментарием, хотя бы банальным "+" или "наконец прода". Любой отклик мне очень важен, особенно сейчас, когда я в творческом кризисе и упадке.

Люблю вас всех, и больше не брошу. Потому что вы мои ♥

Клык

Всё идёт не так с самого начала. Боковая дверь оказывается запертой на новый замок. От прошлого у меня были ключи – случалось приезжать к Баширову на непредвиденные встречи.

А тут поменял, сука, подготовился. Хоть в чём-то не облажался. Вот только не тогда, когда мне нужно у него включались мозги.

На часах практически пол одиннадцатого и я беспокоюсь, что они разойдутся к тому времени, как я попаду внутрь. Наши встречи я всегда старался сокращать до минимума, чтобы не светиться лишний раз.

Замок поддаётся и дверь тихо открывается. Внутри кромешная тьма и рука ложится на пистолет, спрятанный за поясом джинс. Просто для подстраховки.

Я попадаю в помещение для рабочих и тут нет ничего интересного. Двигаюсь в сторону кабинета директора, стараясь ориентироваться по памяти. Открыли, блять, салон на три этажа и кучу коридоров. Нет, чтобы какой-то маникюрный зал, один на всех.

Повернув направо, совсем рядом раздаются шаги. Я прячусь в нише, скрытый тьмой, и надеюсь, что меня не заметят. Голос Баширова я узнаю сразу, хриплый и заискивающий. Он что-то лепечет перед фигурой в чёрном. Второго я не могу узнать. Ну, хоть крыса не среди знакомых.

Как минимум исполнитель.

– Мне нужны схемы Клыка.

– Конечно, - депутат пресмыкается перед неизвестным. А до этого так вёл себя со мной. Передёргивает от такого поведения. Ни капли уже не жалею, что не веду его дела. Но с предателями нужно разбираться. Чтобы другие себе в пример не брали. – Игорь, вот на флешке всё, о чем мы говорили.

Игорь? Отлично, имя есть. С другой стороны, хер пойми сколько этих Игорей по всему городу развелось. Я лично сотрудничал с шестью, вроде бы. А нет, Харукан ещё. Семь. 

Они проходят мимо и направляются в сторону выхода. Разрываюсь между тем, чтобы идти за ними и проверить кабинет Баширова. В машине конечно регистратор направленный на вход, если они выйдут – видео их заснимет.

Блять, главное, чтобы Арину не засекли. Я надеялся, что смотаюсь раньше этих двух, но, видимо, это была короткая встреча.

Не успею определить, как лучше поступить, как слышу выстрел. Дёргаюсь, поплотнее прижимаясь к стене. Руки уже сжимают пистолет, сняв с предохранителя. Всё на автомате, выдрессированном за столько лет. 

Мелкими, но быстрыми шагами пробираюсь к администрации, откуда шёл звук. Не выглядываю, но подхожу вплотную. Кто стрелял? Кто-то третий или один убил другого?

– Слушай, извини-извини. Я всё исправлю, - депутат перепугано шепчет и я его понимаю. Значит, второй выстрелил рядом или в потолок, желая донести свою мысль. Тупо и слишком громко. 

Достаю мобильник и включаю диктофон. На всякий случай, может потом смогу сверить голос с людьми в моём окружении.

– Исправишь, - голос глухой, хриплый. – Конечно исправишь. Кому ты говорил, что нанял меня?

Что-то мне не нравится в этом вопросе. Наврягает и заставляет мозги думать. Странный, корявый. Слишком подставной и наигранно "случайный", чтобы пропустить мимо ушей. Внутри всё застывает, когда я опнимаю, к чему всё идёт. А идиот-депутат лепечет, как ни в чём не бывало:

– Никому! Правда, никому.

– Чудненько.

Минуту весит полная тишина, в котором слышно тяжелое дыхание Баширова. Кажется, что со второго этажа доносится скрип, но затем всё затихает.