Взяв меня за руку, он ведет меня через комнату к лестнице. С каждой ступенькой, ведущей на верхний этаж, напряжение между нами нарастает. Мы не произносим ни слова, пока не подходим к квартире. Он открывает дверь, и я захожу внутрь. Он следует за мной, закрывает дверь, и я оборачиваюсь, услышав щелчок замка. - Ты будешь делать все, что я скажу. Ты меня поняла? - спрашивает он тихим, угрожающим голосом. Я тяжело сглатываю, сердце бешено колотится в груди, и я киваю.

- Да.

Он оставляет меня посреди комнаты и идет в другую часть квартиры. Открыв дверцу шкафа, он заходит внутрь и через мгновение выходит с чем-то в руках. Веревка. Он что, собирается меня связать? Я не против.

Бросив галстук на кровать, он хватает себя за край рубашки и стягивает ее через голову. Я облизываю губы, глядя на его идеально сложенную грудь. Все эти мышцы и татуировки... меня это заводит.

Сжав бедра, я смотрю, как он быстро справляется с брюками. Расстегнув ремень и молнию, он спускает брюки и боксеры на пол. Его член высвобождается и шлепает по животу. Он твердый, длинный и чертовски большой. Иногда я удивляюсь, как он вообще помещается во мне.

Он стоит передо мной во всей своей обнаженной красе, похожий на гребаного бога. - Помни, Рейвен, - говорит он мне. - Ты делаешь все, что я говорю. Ты можешь думать, что ты главная, но это не так. - Я не совсем понимаю, что он имеет в виду. С чего бы мне думать, что я главная, если это он меня связывает? Я молчу, а он забирается на кровать и ложится, положив голову на подушку. Он смотрит на меня жестким взглядом.

- Возьми веревку, Рэйвен. Свяжи мне руки и ноги. И убедись, что узел затянут как следует.

Святое дерьмо! Я удивленно распахиваю глаза. Он что, шутит? Ни за что на свете Линкольн, лидер Black Venom Crew, не позволит мне себя связать. Он хоть понимает, в каком уязвимом положении оказался? А теперь мне хочется плакать, потому что, черт возьми, он доверяет мне настолько, что позволяет это сделать. Это лучше, чем любое «я тебя люблю», которое он мог бы сказать.

— Пташка, - рычит он. - Делай, что тебе говорят. С трудом сглотнув, я подхожу к кровати и беру веревку. Она разделена на четыре части. Как будто специально для этого. Зная этих парней, я не удивляюсь.

Дрожащими руками я привязываю его лодыжки к каркасу кровати. Убедившись, что веревка натянута достаточно туго, я приступаю к запястьям.

- Ты уверен? - Я шепчу, беру его руку, которая уже на месте, и обматываю веревкой.

- Я уверен, что хочу тебя. Я уверен, что не смогу прожить ни дня без того, чтобы не наполнить тебя своим членом и не пометить своей спермой. Уверен, что не смогу сдержаться и не потерять контроль, хотя я никогда по-настоящему не причиню тебе боль, Рэйвен. Ребенок внутри тебя значит для меня больше, чем моя собственная жизнь, но... я доверяю тебе.

Я отворачиваюсь, чтобы он не увидел моих слез. Я так сильно люблю этого мужчину, что мне больно. Это больше, чем просто любовь. Нет слов, чтобы описать мои чувства к нему и к любому из моих мужчин. Когда я связываю обе руки, я встаю у кровати в ожидании следующей команды. - Разденься для меня, Пташка. Покажи мне, что принадлежит мне. - Я принадлежу ему. Я принадлежу всем им. Чтобы они любили меня, доставляли мне удовольствие, контролировали меня.

Как и я — их.

Не сводя глаз с его голодного, властного взгляда, я стягиваю рукава платья с плеч и позволяю ему упасть к моим ногам. На мне нет бюстгальтера, поэтому грудь свободно свисает, а соски такие твердые, что почти болят. Я так возбуждена, что, когда стягиваю трусики и бросаю их на пол, видно, как влага стекает по моей ноге. Его грудь вздымается, он рвется из пут. - Не дразни меня, Пташка. Ложись на кровать и сядь на моё чертово лицо.

Черт возьми. Дрожа от возбуждения и желания, я забираюсь на кровать и сажусь на его лицо. Я нависаю над его ртом, упираясь руками в изголовье, и смотрю вниз.

- Ты, блять, задушишь меня, Птичка. Будешь скакать на моем лице своей сладкой киской, пока не начнешь выкрикивать мое имя и топить меня в своих соках, ты меня поняла? - рычит он.

- Да. - Я неуверенно киваю.

- Хорошая девочка, - хвалит он меня, и я вздрагиваю. - И, Рэйвен, что бы я тебе ни сказал, не развязывай меня, пока я не кончу в тебя. Поняла?

- Да, — отвечаю я.

Он кивает. - А теперь сядь.