Линк выходит в гостиную, Эндрю пристегнут в автокресле, за ним следует Куинтон, а близнецы спускаются по лестнице. - Готовы ехать? — спрашивает Трэвис.

— Куда ехать? - спрашиваю я.

— Ты ей не сказал? - хмурится Тейлор.

— Я как раз собирался. - Хантер бросает на него сердитый взгляд.

— Собирался сказать что? - раздражённо вздыхаю я. - Кто-нибудь, объясните.

— Да ладно тебе, Голубка. - Трэвис протягивает руки и поднимает меня на ноги. — Мы идём по магазинам.

Хантер не шутил, когда сказал, что они нашли для меня безопасный способ пройтись по магазинам. Я так сильно люблю этих мужчин, что мне больно, и я изо всех сил стараюсь не расплакаться, как маленькая девочка.

Но ради меня они закрыли весь детский магазин. Черт, да весь торговый центр. Парковка пуста, хотя в понедельник там обычно не протолкнуться.

Здесь только мы с Энди, парни и один сотрудник, за которым пристально следит один из членов банды. Кстати, о членах банды: сейчас вокруг здания дежурят не меньше пятидесяти человек. - Ты сумасшедший, - смеюсь я, испытывая неподдельное волнение, пока мы хватаем тележки. - Но мне это чертовски нравится.

— Еще бы, - ухмыляется Хантер, набрасывается на меня, крепко целует, шлепает по заднице и хватает тележку. — Давай наполним эти тележки! - и бежит по проходу с тележкой.

Трэвис и Тейлор берут по тележке. Трэвис с Эндрю, которого он несет в переноске, идет в отдел игрушек. Я улыбаюсь и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Линка. - Так какой у меня лимит? - Линк смотрит на меня, приподняв бровь, как будто я задала глупый вопрос.

- Лимита нет.

- Точно. - Я киваю. - Ты владеешь городом. И как я только могла об этом забыть? - До сих пор не могу прийти в себя от того, что эти ребята невероятно богаты. Но мне плевать на деньги. Мне плевать на все то, что я могу получить, просто сказав. Потому что если мне это не нужно, то я этого и не хочу.

Но Птенчик, я готова отдать ей все. Мы все прекрасно знаем, что Эндрю избалован, и эта малышка не будет исключением.

— Эй, сталкер! - окликаю я Кью. Он оглядывается через плечо, качает головой, но все равно улыбается мне.

— Да, детка?

— Иди сюда. Я раскрываю объятия, и он набрасывается на меня, целует в макушку. — Пойдем со мной за покупками.

Он берет меня под руку, и я вздыхаю, наслаждаясь его прикосновением. Энди убегает, чтобы присоединиться к Хантеру. — Как дела? — спрашиваю я его. Мне кажется, что в последнее время все крутится вокруг меня и детей. Я хочу, чтобы мои мужчины знали, что я и для них тоже все сделаю.

— Все хорошо, детка. - Он целует меня в макушку, берет милого плюшевого мишку и бросает его в тележку.

— Кью. — Я поворачиваюсь к нему, скрещиваю руки на груди и смотрю на него так, будто не верю ему. В последнее время он какой-то странный, и мне это не нравится.

Он облизывает губы, не решаясь что-то сказать. Если бы это был кто-то из других парней, потребовалось бы гораздо больше, чтобы заставить его проявить хоть какую-то уязвимость, но Куинтон — не один из них, за что я его люблю. Несмотря на то, что он тоже убийца, он чертовски милый. Этот человек умеет любить, и любит по-настоящему. — Я волнуюсь. Мы все волнуемся. Трудно не волноваться. Каждый день мы просыпаемся и гадаем, не сегодня ли он сделает свой ход. Но я также волнуюсь за Эндрю. Я знаю, что врачи сказали, что долгосрочных последствий не будет, но что, если они что-то упустили? Что, если у него начнет что-то развиваться?

Он не говорит ничего такого, о чем я сама не думала. Я провела бесчисленное количество часов, глядя на своего малыша и гадая, каким будет его будущее. Не оставила ли его биологическая мать на нем какие-нибудь шрамы, которых мы пока не видим. — Я знаю, — я обнимаю его и утыкаюсь лицом ему в грудь. — Лучшее, что мы можем сделать, — это регулярно проходить обследования. И пока врачи не скажут иначе, мы должны стараться не беспокоиться о том, что еще не случилось или, возможно, никогда не случится.

Он крепко обнимает меня. — Я знаю, но это тяжело.

Это так. И я уверена, что не только мы об этом думаем.

— Как она? — спрашиваю я, зная, что он навещал сестру. По крайней мере, попросил кого-то это сделать. У Куинтона золотое сердце, и семья для него много значит.

— Плохо, — тихо отвечает он. — Она еще жива. Но надолго ли? Станет ли это последним разом?

- Мне жаль. - Я могу ненавидеть ее за то, что она сделала с моим малышом. Но она все равно сестра моего мужчины. И он ее любит, даже если она ему не нравится.

— Не надо. Ты просто потрясающая. - Он отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза. Поднимает руки и обхватывает мое лицо ладонями. — Ты — это все, Рейвен. Ты — свет, солнце, луна и гребаные звезды. Не знаю, чем я заслужил тебя. Но за то, что ты приняла моего племянника и полюбила его, как родного... — Его челюсть напрягается, а у меня наворачиваются слезы. Он тоже сдерживает слезы. — Я чертовски люблю тебя и твое большое сердце. Ты идеальна, Рэйвен. Спасибо, что любишь меня. Спасибо, что любишь Эндрю.