Мой взбесившийся мозг и тело работают сообща, в животе разливается тепло, а мышцы напрягаются в предвкушении того, что сейчас произойдет. И соски у меня затвердели не только из-за холода, это точно.

Приближаясь к озеру, я понимаю, что окажусь на открытой местности, где некуда будет бежать. Я еще не готова к тому, чтобы все закончилось. Поэтому сворачиваю налево и бегу в лес. Я ругаюсь, когда мои ботинки цепляются за камни и ветки.

Не желая заходить слишком далеко и заблудиться, я останавливаюсь и прячусь за деревом. Мне нужно перевести дух, иначе я задохнусь от кашля, а в том, чтобы звучать как пятидесятилетняя женщина, которая курила всю жизнь, нет ничего сексуального. Это точно убивает всю фантазию.

В животе что-то сжимается, и я вспоминаю, что у меня месячные. Так, блять. Неужели я позволю этому остановить меня?

Нахуй это. Я уверена, он не будет против немного испачкать свой член. Пусть моет его в этом гребаном холодном озере, мне все равно.

От треска ветки у меня перехватывает дыхание. Черт. Как я раньше его не услышала? Я прижимаюсь спиной к дереву и заставляю себя не издавать ни звука, не шевелить ни одним мускулом. Я внимательно прислушиваюсь, но ничего не слышу.

С каждой секундой мое сердце бьется все сильнее. Предвкушение сводит меня с ума. Стоит ли мне бежать? Или лучше подождать?

Ответ приходит сам собой, когда я чувствую его присутствие. - Бу, - шепчет он мне на ухо. Я издаю настоящий, оглушительный крик, резко оборачиваюсь, повинуясь инстинкту самосохранения, и бью его в нос.

Он издает болезненный стон, а я разворачиваюсь и снова бегу. - Извини! - кричу я, как какая-то дурачка. Обычно никто не извиняется перед мужчиной, который гонится за ней по лесу. Но обычно это делают не их парни.

Я не собираюсь облегчать ему задачу, так что, уверена, это будет не единственный раз, когда он получет хороший удар или пинок за вечер.

Вырвавшись из-за деревьев, я оказываюсь на пляже. Остановившись, я перевожу дух и оглядываюсь по сторонам, пытаясь решить, куда идти.

Позади меня что-то шевелится, и я оборачиваюсь. - Вот черт! - ругаюсь я, снова увидев человека в маске прямо за спиной. Я бегу со всех ног.

Песок замедляет мой бег, и если бы не этот чертов холод, я бы сбросила ботинки и побежала босиком.

Но это не имеет значения, потому что я не успеваю пробежать и половины пути, как меня сбивают с ног. Я с кряхтением падаю на песок, но удар не такой уж сильный. Хантер обхватывает меня руками, принимая на себя основной удар.

- Я поймал тебя, Мышонок, - мурлычет Хантер, обдавая мое ухо своим горячим дыханием. Он берет в рот мочку моего уха и сильно прикусывает.

- Ах! - Кричу я, вырываясь из его объятий. Только его руки так крепко обхватывают меня, что я не могу сдвинуться с места.

- Вот так, кричи для меня, - усмехается он. Я продолжаю сопротивляться, но не выкладываюсь на полную.

- Да пошел ты, - рычу я сквозь стиснутые зубы.

- О нет. Кажется, ты ошибаешься. Я собираюсь тебя трахнуть. Я собираюсь взять эту тугую киску, хочешь ты того или нет. - Он двигает бедрами, втирая свой твердый член в мою задницу.

Я вся мокрая. Я вся взмокла от возбуждения. Я хочу, чтобы он сделал именно это: прижал меня к кровати и трахал до изнеможения. Но не сейчас.

Зная, что мне не удастся пошевелить руками, я жду, когда он снова заговорит. - Было забавно наблюдать, как ты убегаешь от меня. Обожаю погоню. Скажи, Мышонок, ты боялась? Страх бежал по твоим венам?

Его голова прямо за моей, поэтому я делаю то, о чем, надеюсь, не пожалею, и откидываю голову назад. Затылок ударяется о его лоб, и я вздрагиваю. Блять, больно!

Но это срабатывает. Хантер ослабляет хватку, не ожидая, что я снова его ударю. - Ах ты сучка! - кричит он, когда я начинаю пинаться и размахивать руками, пытаясь вырваться.

- Да пошел ты! - кричу я в ответ, поднимаясь на ноги. Я бегу, но не успеваю далеко уйти, как он хватает меня за ногу.

Я кричу и падаю лицом в песок, с трудом поднимаясь на четвереньки. - Ты за это заплатишь, глупая шлюха.

На долю секунды я задаюсь вопросом, действительно ли это Хантер. Обзывательства всегда были привычкой Линка. Но я знаю его голос, и он называл меня Мышонком. Это ведь он, да?

Перекатившись на спину, я поднимаю ногу, чтобы ударить его в грудь, но он хватает меня за нее. - Не думаю, что получится, Мышонок, - рычит он. - На этот раз ты от меня не уйдешь. Так что будь хорошей девочкой и прими это. Обещаю, ты будешь истекать кровью.

Он улыбается своей знаменитой чеширской улыбкой, его льдисто-голубые глаза сияют в лунном свете. Да, это мой мужчина. Я узнаю эти глаза где угодно.

- Ты не хочешь этого делать, - говорю я ему, качая головой. - Они тебя найдут. Они тебя убьют.