Он на мгновение напрягается, а потом тихо вздыхает и обнимает меня. Мы стоим так некоторое время, пока Тейлор не настаивает, чтобы я поела. Куинтон нерешительно отпускает меня, и я, сделав шаг назад, скучаю по нему.

Через некоторое время в бар заходят ребята, их волосы мокрые после душа.

- Как дела, Мышонок? - спрашивает Хантер, обнимая меня сзади и целуя в щеку.

- От мыслей о том, что он сделал, у меня разрывается сердце. Но разве я плохой человек, если мне понравилось отнимать у него жизнь?

С тех пор как я нажала на спусковой крючок, я словно в оцепенении. Я не испытывала ни восторга, ни страха, ни отвращения. Просто... оцепенение.

Но чем больше я размышляю, сидя здесь, тем больше мне нравится то, что этот больной ублюдок больше не вздохнет и что это я его прикончила. Конечно, ребята в любом случае сделали бы это, но, в конце концов, это я восстановила справедливость в отношении той девочки. Теперь я понимаю, почему этот образ жизни может так затягивать.

- Я должен был сильнее переживать из-за того, что только что кого-то убила. Разве это не должно было изменить мою жизнь или что-то в этом роде? - Я задаю вопрос, глядя на Линка, который садится рядом со мной.

- У каждого по-своему, - пожимает он плечами. - Для меня это было правильно с самого первого убийства, и быстро стало привычным.

- Думаю, чувство вины за убийство возникает только в том случае, если это был невинный человек или несчастный случай. Он был мерзавцем. Он заслужил то, что получил, если не больше, - комментирует Трэвис, кладя свою руку на мою.

- Пойдем, Лисичка. - Тейлор подхватывает меня на руки и несет в нашу маленькую зону отдыха. Мы все рассаживаемся и заказываем напитки. Парни болтают, а я листаю телефон. - Черт, - бормочу я, увидев уведомление о пропущенном напоминании. - Нужно позвонить и записаться к врачу, - говорю я, просматривая список местных клиник. Может, лучше попросить маму. Нет, я взрослая, я могу делать взрослые вещи. Верно?

- Зачем? - спрашивает Тейлор, нахмурившись. - Тебе плохо?

- Нет. Но мы много занимались сексом. И всегда без презерватива. Думаю, было бы разумно сходить к гинекологу. Просто чтобы убедиться, что все в порядке. - Я пожимаю плечами. - А еще я хочу обсудить с ним варианты контрацепции.

После нескольких минут гробовой тишины я поднимаю глаза от телефона и вижу, что все смотрят на меня так, будто я какой-то гребаный инопланетянин. - Что? - спрашиваю я, глядя на них в ответ. Что с ними не так? Почему они так на меня смотрят?

Они начинают смеяться, и я говорю о настоящем, безудержном смехе, от которого перехватывает дыхание. - Что, черт возьми, такого смешного?! - кричу я, растерянно глядя на Куинтона. Он лишь пожимает плечами и смотрит на них так, будто у них не все дома.

- Ты милая, Пташка, - усмехается Линк, качая головой.

- Что такого смешного я сказала? - раздраженно спрашиваю я. Мне не нравится, когда надо мной смеются.

- Ты думаешь, что будешь предохраняться, - безучастно говорит Линк. - А этого не будет.

- Кто это сказал? - Я поднимаю бровь.

- Я. И они. - Он смотрит на парней.

- А почему бы и нет? Если мы будем продолжать заниматься сексом без презервативов, я рано или поздно забеременею. - Я не расстроюсь, если это случится; я люблю детей и хочу целую ораву. Но я сильно сомневаюсь, что эти ребята сейчас хотят остепениться.

Но, конечно, они доказывают, что я не права, когда Линк снова открывает рот. - В этом-то и смысл, Пташка. - Он наклоняется ко мне и смотрит прямо в глаза. - Я хочу от тебя детей, Пташка. Я хочу, чтобы мой член был глубоко в тебе при каждом удобном случае, чтобы я наполнил тебя спермой, пока твой живот не станет большим и круглым, и в нем не зародится мой ребенок.

- Наш ребенок, - поправляет Хантер, но я не свожу глаз с Линка. Мое сердце бешено колотится в груди, внутри все пылает, его слова творят с моим телом что-то странное.

- Серьезно? Ты хочешь детей? Сейчас? Ты уверен? - спрашиваю я, с трудом сглотнув.

- Послушай, я согласен с Линком, но мы не собираемся заставлять тебя рожать прямо сейчас, если ты этого не хочешь, - говорит Трэвис, который, похоже, единственный здравомыслящий человек в этой компании, потому что даже мне нравится идея выносить их ребенка.

- Да ни хрена, я не согласен, - рычит Линк. - Я, мать его, буду оплодотворять свою девушку, и вам, придурки, лучше бы поторопиться, иначе первым родится мой ребенок. - Он выглядит чертовски самодовольным, и я не думаю, что сейчас подходящее время, чтобы говорить ему, что это так не работает. Что я занималась сексом со всеми ними без презерватива и, насколько нам известно, уже могу быть беременна от кого-то из них.

От этой мысли меня переполняет радость, и на моих губах появляется улыбка.

- Хорошо, - говорю я, оборачиваясь к Линку.

- Серьезно? - спрашивает он, явно удивленный тем, что я не сопротивляюсь.