- Для кого? - спрашивает он. Блять, это сложный вопрос. Как бы я на него ни ответила, солгала бы я или сказала правду, мне может быть больно. Поэтому я делаю то, чего хотела бы от них, и говорю правду.

- Для вас.

- Блять! - шипит он. Хантер толкает меня на спину, наваливается на меня всем телом, а другой рукой опирается на пол. - Ты сводишь меня с ума, Мышонок. Так чертовски сводишь с ума. Искушение в красивой обертке.

- Тогда раздень меня, - бросаю я ему вызов.

Его язык проникает в мой рот, вторя волшебству его пальцев.

В голове туман, меня переполняют чувства. Любовь, радость, страх и облегчение смешиваются в груди вместе с умопомрачительным наслаждением, которое он дарит мне, лаская пальцами мою заветную точку, а большим пальцем — клитор.

Мы целуемся, как влюбленные, у которых есть только сегодняшний день. Почему мое сердце кричит, что так оно и есть? Я настолько глупа, что верю, что вот-вот все закончится, что после того, как он доведет меня до пика и я сойду с ума от наслаждения в его объятиях, мы волшебным образом окажемся вместе, как я того отчаянно хочу.

Моя киска сжимается вокруг его пальцев, и я чувствую, как ко мне подкрадывается оргазм. Мы прерываем поцелуй, оба тяжело дышим, и он прижимается лбом к моему. - Кончи для меня, Рэйвен. Сойди с ума от моих пальцев.

Он прижимает большой палец к моему клитору, а остальными проникает глубже, попадая точно в цель.

- Не останавливайся. Пожалуйста, пожалуйста, не останавливайся, - рыдаю я, цепляясь за его руки.

- Никогда, - рычит он. - Вот так, Мышонок. Ты так чертовски хороша. Кончи для меня.

И я кончаю. - Хантер, - выдыхаю я, закатывая глаза и выгибаясь. Моя киска сжимается вокруг его пальцев, а тело извивается под ним. Он продолжает доводить меня до оргазма, даря восхитительные отголоски.

Мы замираем, и слышно только мое тяжелое дыхание, когда я прихожу в себя после оргазма.

Хантер убирает руку с моих трусиков, но прижимается ко мне лбом. Я начинаю паниковать. Блять, он ничего не говорит. Я так и знала. Я знала, что, когда все закончится, он отстранится и сделает вид, что ничего не было.

И он подтверждает мои мысли следующими словами. - Нам нужно поспать, - говорит он, целует меня в лоб и отворачивается.

Я ненавижу это, черт возьми, ненавижу. Я не плачу, тем более из-за дураков. Но пока я лежу здесь, уставившись в черное ничто, мои глаза щиплет от слез, которые вот-вот прольются.

Я кусаю себя за щеку, пытаясь выровнять дыхание. Переворачиваюсь на бок, спиной к нему, и жду, кажется, целую вечность.

Убедившись, что он спит, я тихо одеваюсь и выхожу из палатки. Я не хочу быть здесь, когда он проснется. Не хочу смотреть ему в глаза после того, как мы разделили то, что значило для меня весь мир, а он просто перевернулся на другой бок, словно я ничего не значу.

Моя душа болит, сердце разбито. Не могу поверить, что он так со мной поступил. Может быть, я ошибалась. Может быть, они не хотят меня так, как я хочу их. Наверное, они просто боятся сказать мне об этом, потому что хотят сохранить дружеские отношения и думают, что я уйду от них, если узнаю правду.

Мне нужно уйти, потому что я не могу сейчас находиться рядом с ними, и я крадусь к квадроциклам.

К счастью, мой квадроцикл стоит дальше всех от палаток и ближе всех к дороге, по которой можно уехать отсюда. И, видимо, удача на моей стороне, потому что ключ все еще в замке зажигания, где я его и оставила. Выставив нейтральную передачу, я изо всех сил толкаю машину как можно дальше.

На это уходит добрых полчаса, но как только я отъезжаю на такое расстояние, что меня уже не слышно, я завожу мотор и сваливаю оттуда ко всем чертям.

Еще середина ночи, но у квадроцикла есть фары, которые освещают мне путь. Добравшись до шоссе, я жму на газ и еду так быстро, как только могу. Ветер обдувает мою кожу, пока я несусь по дороге. Это небезопасно, но мне все равно.

С меня хватит. С меня хватит всех их. Они хотят вести себя так, будто я их лучшая подруга? Ладно, так тому и быть. Я почти призналась им в своих чувствах, а они все равно ничего не делают.

Я рада, что ничего не сказала, потому что они бы просто отвергли меня и выставили дурой. Как сегодня это сделал Хантер. Я больше не буду бросаться им на шею. Боже, я такая жалкая.

Блять, мне так больно. Я люблю их больше, чем свою гребаную жизнь, и мысль о том, что они для меня не больше, чем друзья, сейчас невыносима.

Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ты правда думаешь, что четыре парня захотят делить тебя с кем-то? Я знаю, мама всегда говорила мне мечтать по-крупному, но, может, мне стоит снизить планку. По крайней мере, это убережет меня от разбитого сердца.

Глава 17

Тейлор

- Рэйвен! - кричит кто-то, и я резко просыпаюсь.

- Какого хрена? - ворчу я, еще не до конца проснувшись.

- Что происходит? - спрашивает Трэвис, садясь рядом со мной.

- Рэйвен! - снова кричат. Это Хантер.