Остаток ночи проходит в унынии. Парни подходят к костру и едят, никто ничего не говорит.

Хантер — просто душка, он кормит меня. Это мило и банально, но мне нравится. Когда мы заканчиваем, меня передают Трэвису, а Хантер идет в туалет.

В итоге я засыпаю в объятиях Трэвиса. В следующий раз я просыпаюсь от стонов, в которых звучит мое имя.

Боже мой. Это... Хантер... Хантер дрочит рядом со мной?

Мои глаза приоткрываются, но разглядеть что-либо слишком сложно. - Блять, - ворчит Хантер, когда я слышу, как шевелится спальный мешок. - Вот и все, Мышонок. Обхвати мой член своими прелестными розовыми губками. Проглоти меня целиком, как хорошая девочка, которой ты и являешься.

Мое тело вспыхивает от желания, внизу живота разгорается огонь. С каждой секундой мое дыхание становится все учащеннее. От звуков, исходящих от него, у меня начинает болеть клитор.

Прикусив губу, я осторожно опускаю руку в трусики. Нахожу клитор и начинаю медленно и размеренно его поглаживать, пока Хантер продолжает свои грязные разговорчики.

- Чертовски идеально, - стонет он. - Вот так, детка, подавись мной. Задыхайся.

Блять, блять, блять. Я так возбуждена, что мои трусики насквозь промокли. Мне нужно больше, и я медленно меняю позу, чтобы просунуть пальцы внутрь.

- Я сейчас кончу, Мышонок. Лучше проглоти все до последней капли, - выдыхает он. Мои скользкие от смазки пальцы снова находят клитор. Я трусь быстрее, утоляя жгучую потребность внутри себя. Боже, как бы я хотела делать все, что он говорит.

- Блять! - он издает протяжный стон. Звук его оргазма заставляет меня издать стон, срывающийся с моих губ. И, судя по тому, что все происходит очень тихо, он услышал это.

- Рэйвен? - шепчет он.

Дерьмо. Ответить ли мне ему? Или притвориться, что я сплю. В смысле, это он дрочил рядом со мной, я просто должна сделать вид, что ничего не слышала.

- Да, - пищу я, мой клитор пульсирует. Мне так сильно нужно разрядиться, что, если я этого не получу, я могу расплакаться. Я в таком отчаянии, что могу сказать, что мне нужно пописать, и попробовать помастурбировать в кустах, но для девушек это не так просто.

Он чертыхается. - Ты, случайно, не слышал все это?

- Может быть? - Говорю я, и мое тело изгибается, когда мои бедра прижимаются к моей руке.

- Мышонок? - он произносит мое прозвище так, будто это непристойный вопрос, и, черт возьми, у него низкий хриплый голос. И, боже, это совсем не помогает.

- Да, - выдыхаю я.

- Что ты там делаешь? - он перекладывается так, что оказывается рядом со мной, его лицо в нескольких сантиметрах от моего.

- Э-э-э... - что я ему скажу? Эй, извини, я мастурбировала под звуки того, как ты дрочишь, представляя, как я давлюсь твоим членом?

Его рука касается той, что сейчас лежит у меня в трусиках, и я вздрагиваю, когда он медленно проводит рукой вниз по моему предплечью. - Непослушная девочка, - стонет он, останавливаясь там, где моя рука исчезает под тканью трусиков. - Ты ласкала себя под мои стоны?

- Ты это начал, - парирую я, хотя, надо сказать, это очень слабый ответ.

Он усмехается, его дыхание касается моих губ. Несколько мгновений мы молчим, и, хотя ничего не видим, я знаю, что мы оба смотрим друг на друга.

- Тебе помочь? - спрашивает он, опуская руку ниже, пока она не накрывает мою.

- Да, - отвечаю я так быстро, что даже не задумываюсь. Сердце в груди колотится как сумасшедшее. Неужели это происходит на самом деле? Я знаю, что мы целовались. И это был потрясающий поцелуй. Но это? Это нечто большее, чем просто поцелуй.

Если мы перейдем эту черту, значит ли это, что он наконец признается, что хочет от меня чего-то большего, чем просто дружба? Я не могу сдержать прилив возбуждения.

Хантер хватает меня за руку и вытаскивает ее из трусиков. Он не отпускает мою руку, а берет свою, и я открываю рот, чтобы спросить, что он делает. Но потом он поднимает мою руку, и я чувствую, как влажные губы обхватывают мои пальцы. Хантер втягивает их в рот, слизывая мои соки.

Я всхлипываю, мое тело пылает от желания, а он издает звериный рык. Его губы впиваются в мои, он целует меня с отчаянной страстью.

Я стону, рука, которая еще недавно была внутри меня, зарывается в его волосы, наматывает их на кулак и притягивает его ближе.

Хантер запускает руку в мои трусики и обхватывает мою киску. - Ты чертовски мокрая, Мышонок. Это из-за меня? - шепчет он мне в губы.

- Да, - стону я, когда он снова меня целует.

Он вводит в меня два пальца. Я вскрикиваю и прижимаюсь к нему, выгибаясь и прижимаясь к нему всем телом.

- Ты такая тугая, - рычит Хантер. - Я чувствую, что ты нетронута. Моя сексуальная девственница. Ты бережешь себя, Мышонок? - спрашивает он.

- Да, - хнычу я, чувствуя, как удовольствие наполняет мое тело.