- Ты знаешь особенности моей семьи, - шипит, стараясь сдерживать ярость, - Своей самостоятельностью ты лишаешь меня возможности представить тебя отцу.

- Хватит лжи. Да это просто очередная уловка, чтобы переспать со мной, - я усмехаюсь. Осознание, что семья Алана не одобрит меня в качестве жены пришло быстро. А парень становился все агрессивнее в своей страсти, - Пусти. Мое такси приехало.

- Детка, ты не права, - он пытается прижаться к моим губам, - Я допускаю, что мог где-то чересчур давить. Но у меня рядом с тобой с первого дня сносит крышу.

- Мы не вместе! - кричу ему в лицо так громко, что слышу свой голос эхом от стен корпусов, - Не трогай меня! - на нас начинают коситься люди, и он отпускает.

- Уходи! Давай! Ты же лучше под него ляжешь? Да? - зло несётся мне в след, а я не оборачиваясь, запрыгиваю в такси и захлопываю дверь, разделяя миры. Бабушка говорила, что красота для женщины - тяжёлая ноша. Уже в девятнадцать я познала это утверждение в полной мере.

———

Откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза. Подозреваю, что Алан далеко не единственный, кто думает, что наши отношения с Владимиром не ограничиваются дружескими. В этом есть зерно истины. Я действительно видела мужчину разным: пьяным, злым, расстроенным. Но даже в такие моменты он никогда не позволял себе ничего двусмысленного в мой адрес, тем более грубого. Был у него только один прикол. Когда Володя очень уставал, а телефон начинали обрывать любовницы, он просил меня взять трубку и сказать, что он в душе. Сам же в этот момент с наслаждением поглощал мармеладных червячков, которых тоже покупала ему только я. И мне наплевать с высокой колокольни, кто что думает! Потому что так, как Владимир, обо мне заботился только брат. Общую моральную картину   благопристойности подрывает ещё одно весомое обстоятельство. Анастасия Ивановна - жена моего работодателя. Появляется она всегда эффектно. У всех сотрудников моментально находятся неотложные дела, лишь бы не попадаться ей на глаза. Сомнений в том, что их брак абсолютно фиктивен не возникало, стоило только один раз увидеть супругов рядом. Поэтому как-то после очередного скандала, я поинтересовалась:

- Зачем вы друг друга мучаете? Вы же можете обеспечить ее всем необходимым и отпустить.

- В нашем мире, Василиса, бывших жён не бывает. Если женщина вошла один раз в круг доверия, она останется в нем навсегда. Иначе - станет неконтролируема. Ананас будешь? - Владимир часто говорит со мной, как с маленькой девочкой. И меня это зверски раздражает.

Погружённая в свои мысли, не сразу замечаю, что такси остановилось возле разросшейся, хорошо ухоженной и почти достроенной за прошедший год церкви.

- Спасибо, - подаю водителю деньги и несколько секунд собираюсь с духом, чтобы выйти.

Я думала, что все отболело, прошло, но нет. Воспоминания душат меня на этом месте каждый раз. Обреченно присаживаюсь на лавку. Когда-нибудь все забудется, сейчас же лучше перестать сопротивляться и дать прошлому выйти со слезами.

(Воспоминания. Год назад...)

Запах свежескошенной травы стоял в носу. Мне кажется, что я даже чувствовала ее горьковатость на языке. Или это просто желудок... Сегодня впихнуть в себя завтрак снова не получилось, а прийти сюда - была изначально глупая затея. Только тяжелей стало. Не смотря на поддержку соседки, я все равно чувствовала на себе косые, а то и жалостливые взгляды. Почему если молодая девушка пришла в церковь, то у неё обязательно что-то случилось? На мне не было темной одежды - обычный длинный сарафан и цветной платок. Возможно, выдавали припухшие глаза и полное отсутствие макияжа... Я стояла возле забора и не могли ни войти, ни уйти. Как заворожённая, смотрела на рабочих, которые разводили побелку и поднимали ведра вверх по строительным лесам.

- Хороших работников ты прислал, Владимир, - до меня донесся певучий, низкий голос.

По дорожке к выходу шли батюшка и немолодой мужчина. Белоснежное поло, светлые джинсы, поблескивающие золотом часы на руке, зажатый в ладони брелок сигнализации - все говорило об особенном положении гостя. Определенно, меценат. Один из решивших задуматься о душе, - Думаю, что на этой неделе стены закончат, дай Бог погоду хорошую, и на внутреннюю отделку перейдут. Для меня самое главное, что их подгонять не надо. Своей работы хватает. Матушка их раз в день обедом кормит.

- Добро, отец Иннокентий, поеду я. Дел много. Все, что непредвиденное тратят, ты чеки собирай. На следующей неделе заеду обязательно...

Неожиданно аромат тюльпанов с клумбы, возле которой я зависла, становится удушающим. Голоса, шум строительной техники сливаются в единый гул, и мир начинает «растекаться» цветными пятнами. Я медленно оседаю на асфальт, но в самый последний момент меня подхватывают сильные мужские руки.

- Эй, ты чего удумала, - это тот самый Владимир, - Ну ка на лавку давай. Ножками то шевели, - возле моего лица появляется бутылка с водой, - Пей.