Стас меня любил – это точно, и мне кажется, перед тем, как бомбу подкладывать, он бы сначала связался со мной и узнал, не передумала ли я жить с ним порознь. Ведь времени прошло достаточно, я могла остыть, заскучать… Конечно же, размышления оставила при себе, потому как от любви до ненависти один шаг, а ещё отлично осознаю, как глупо оправдывать мужа, который несколько лет подряд за моей спиной промышлял похищениями.

Далее нас с Виктором подлатали в частной клинике, причём без лишних вопросов и оформления документов. У меня, кроме ушибов, вообще ничего криминального не нашли, а вот Аблову велели следить за рукой и регулярно показываться врачу.

— Ну, как? — выйдя из перевязочной, спросил Виктор.

— Никак. Телефон мамы до сих пор отключён, — ответила я.

— К квартире её вроде бы тоже нет. Я посылал туда парней из охраны, они говорят, что за дверью тишина и никто не открывает.

— А у тебя есть запасной комплект ключей? Пусть они им воспользуются и войдут. Может, она уже там… — голос задрожал, и я не договорила страшное предположение, что мог сотворить Стас с моей мамой.

— Лер, не хнычь, с Ириной Сергеевной, уверен, полный порядок, — присаживаясь рядом на больничную лавку, приобнял Виктор. — Ты же знаешь свою мать, она сейчас на сто пятнадцатой подряд косметической процедуре лежит, поэтому и мобильный не в сети. А запасной комплект ключей у меня был, но ты же сама его забрала, чтобы без спроса и без ведома к вам не шастал.

— Пусть тогда сломают дверь, тебе же её не жалко?

— Валерия, — выдохнул Виктор. — Эту дверь так просто не вскрыть, гораздо быстрее передать твой комплект ключей моим людям...

— Я еду домой, — перебив Виктора, поднялась я на ноги.

— Нет, мы с тобой отправляемся в аэропорт.

— Я маму в опасности не оставлю, а ты, конечно, лети, — сказала я и пошла по коридору в направлении выхода.

— Лера, не дури, — нагнал Аблов. — Об Ирине Сергеевне позаботится служба охраны.

— Ага, точно так же, как она позаботилась о Стасе? Нет, спасибо, я сама.

Мы громко и шумно с Виктором спорили, куда нам ехать, в итоге я победила, и мы заходим в подъезд дома, где Аблов нас приютил.

Из-за переживаний за маму не помню, как лифт нас доставил на нужный этаж, не помню, как открывала двери, не помню, как залетела в квартиру, зато никогда не забуду ту картину, которую пришлось лицезреть, когда я толкнула дверь маминой спальни…

— Ой! — взвизгнув, крепко зажмурилась я и пячусь назад. — Простите, — бормочу и двигаюсь на ощупь.

Чтобы мне провалиться! Как после увиденного жить? Любому ребёнку лишь в страшном сне приснится, как его родитель занимается сексом. Вот почему мама не брала трубку и не подходила к двери, она тут с Германом Олеговичем была занята. Фу-фу-фу... Мне теперь голые ягодицы начальника безопасности на каждом углу будут мерещиться. Всё, заработала себе фобию. После данного инцидента ни в одну закрытую дверь не смогу войти из-за страха застать там приватную сцену. Б-я-я-я, гадость какая.

— Вот почему до тебя, гнида, невозможно было дозвониться. Уволю к чертям! — за моей спиной рявкнул Аблов работнику в унисон с писком мамы, а далее послышалось шуршание одежды и извиняющийся голос Германа Олеговича:

— Я всё объясню, Виктор Романович…

Глава 41

Очухиваться от зрелища ускакала на кухню, залпом проглотила стакан воды — не помогло. Перед глазами как стояли, вернее, лежали мама и Герман Олегович, так и лежат, да ещё и ритмично двигаются, туда-сюда, туда-сюда. Ой… ё-моё, теперь это видение из головы долго не улетит.

— Я тебя, гад такой, предупреждал, не удержишь младшего товарища в штанах, последствия будут?! — послышался голос Аблова из гостиной.

Замахнулась и шлёпнула себя ладошкой об лоб. Мало того, что увидела, как мама с мужиком кувыркается, так теперь ещё придётся выслушивать, как Виктор за это дело отчитывает работника. Вот за что мне такое счастье на голову грохнулось? Где, в каком именно месте я бабушку через дорогу не перевела, какого бездомного пса не покормила?

— Виктор Романович, да, я вас подвёл тем, что на связь не выходил, но насчёт Ирины - тут всё по-честному. Все последствия осознаю и принимаю, более того, сам их хочу. Я своей Иринушке уже и предложение сделал, а она осчастливила меня согласием, — сказал Герман Олегович, и если бы позади меня не стоял стул, валяться мне на полу вверх ногами.

Во дела, мама замуж выходит!

— Герман, и не надоело тебе жениться? Какой раз потопаешь к алтарю, в четвёртый?

— В пятый, — уточнил начальник безопасности.

Плавно вышагивая, на кухне появилась родительница. Растрёпанная, разгорячённая, но ни капли не смущённая и мега довольная.

— Лер, а ты чего с порога ко мне в спальню понеслась? — поинтересовалась будущая невеста, а сама правую руку как бы невзначай напоказ выставляет.