— Сергей Сергеевич, а, по-моему, вы всё знаете, просто по какой-то причине говорить не хотите, — пока что без претензии, но довольно строго сказал я.

— Виктор Романович, я невольно подслушал разговор своих сотрудниц, которые никак не ожидали, что их кто-то слышит. Поэтому я бы предпочёл не придавать гласности то, что узнал. Беседа у девушек вышла на личную тему и с трудовыми обязанностями никак не связанна.

Нет, ну где взять столько нервов! Меня сейчас от любопытства разорвёт, а этот моралист молчит как партизан.

— А мы и не будем придавать гласности секреты сотрудниц, об их разговоре, кроме вас и меня, никто не узнает, — заверил я Сергея Сергеевича.

— И всё-таки я бы предпочёл промолчать, — занудно гнёт начальник своё, как будто не работал со мной несколько нет и словно не знает, что я в любом случае получу от него информацию, даже если мне для этого понадобятся стул, верёвка, кляп в рот и плоскогубцы.

— Разговор сотрудниц, который вы так оберегаете, произошёл до рабочего дня? — прорычал я.

— Нет.

— После рабочего дня?

— Нет.

— Может быть, в обеденный перерыв?

— Н-нет.

— Тогда какого хрена мы в ромашку играем «скажу-не скажу»? Всё, что происходит в стенах фирмы в рабочее время, априори не может быть для меня, как для директора, конфиденциально!

— Виктор Романович, я всё понял, — спохватился начальник отдела после того, как я голос повысил. Знает, гад, что, если перехожу на ор, значит жаренным пахнет. — Когда я отлучился ответить на телефонный звонок, звук с мой стороны выключил, а со стороны сотрудниц - нет. Девушки, думая, что я их не слышу, начали ругаться, кому из них быть замом. Валерия их успокаивала, говорила, что ради нескольких месяцев на более высокой должности не стоит портить отношения внутри коллектива. Сослуживицы в свою очередь подробно ей объяснили, чем их привлекает возможность стать замом, — сказал Сергей Сергеевич и опять как рыба молчит. Замотал уже.

— И чем же? — рявкнул я.

— Да замуж они за вас все дружно хотят, Виктор Романович.

Невольно заулыбался и, напрягая память, попытался вспомнить работниц, что не против меня захомутать. Гиблое дело, ни одного лица не помню. Вот если увижу, скажу, что эти девушки занимаются у меня строительными площадками, а так образы из головы взять – фиг вам.

— А Валерия что по этому поводу говорила?

— Ничего, но тем ни менее решение поменяла.

— Понятно, — протянул я и, сбросив вызов, откинулся в кресле.

Душа требует на весь кабинет заорать, как мне сейчас хорошо, но ведь чересчур ответственный помощник залетит, а перед этим, не исключено, охрану на уши поднимет, мол, директор орёт, значит, что-то случилось.

Ай да Валерия, ай да лапа моя, ты никак приревновала.

Рука сама собой потянулась к мобильному. Вызову Лерку, ну типа по рабочим делам, а сам…

Хотя нет, опять же фырчать начнёт и кусаться…

Тут надо хорошенько подумать, стратегию разработать, если уж знаю её слабое место.

Валерия

От страшной участи быть разорванной девчонками на кусочки спас вовремя зашедший в отдел Герман Олегович. Начальник безопасности скупо и вместе с тем застенчиво улыбнулся, а затем попросил выйти меня в коридор.

— Ну-у-у? — вопросительно протянула я, глядя на то, как мужчина переминается с ноги на ногу и никак не может решиться открыть рот.

— Лера, а ты, случаем, не знаешь, почему твоя мать перестала меня вызывать?

— А она перестала вас вызывать? — удивилась я. — Странно. Понятия не имею, почему.

— Ирина, случаем, не приболела?

Нет, сегодня утром абсолютно здоровой была. А может, ей никуда не нужно, вот ей ваши услуги, как водителя, пока и не требуются, — предположила я, и Герман Олегович таааак на меня посмотрел. Он тоже успел изучить электровеник, который я называю мамой. Конечно же, что она сиднем сидит дома дни напролёт и никуда не выходит – это что-то из рода фантастики. — Ну да, чушь сморозила, признаю, — поправила я себя. — Герман Олегович, а вам не всё ли равно? Вас же обязанность возить маму по косметическим кабинетам да магазинам явно напрягала, если не сказать, оскорбляла. Для чего теперь выяснять зачем или почему? Просто наслаждайтесь вновь вольной жизнью.

— Вы правы, Валерия, я так и сделаю, — выдохнул Герман Олегович, развернулся и ушёл в направлении лифта.

Когда поеду домой, загляну в магазин и за разумный поступок, оставить в покое начальника безопасности, куплю маме шоколадку с орешками. Она, конечно, её даже под страхом смерти в рот не положит, диету строго блюдёт, но, как она же сама уверяет, нюхать сладкое тоже приятно.

Глава 39

С того момента, как меня назначили временным начальником отдела, произошли разительные перемены. Если точнее, Аблов резко прекратил мне звонить, вызывать и вообще свёл наше общение до абсолютного нуля.