Он повернул голову, его глаза взглянули на меня с напряженностью, характер которой я никак не могла определить. Он схватил ложку и зачерпнул маленький кусочек моего муссового торта.

- Хочешь попробовать? - спросил он.

Мои мысли были не о десерте, когда я выдохнула, затаив дыхание:

- Да.

Он поднес ложку к моим губам. Я закрыла глаза и начала слизывать с нее десерт.

Когда я закончила, он положил ложку на тарелку, пристально наблюдая за мной. Я не могла отвести взгляд. Его глаза захватили меня в плен. Меня это возмущало, но при этом заставляло чувствовать себя живой.

- Подумать только. Мы едва знаем друг друга - и вот уже я тебя кормлю.

Я сделала прерывистый вдох, затем еще один.

Он положил локоть на стол между нами, как бы создавая барьер. Пока я обдумывала это движение, он перенес руку, положив ее на спинку сиденья позади меня.

- Подвинься ближе, - мягко сказал он мне.

Я наклонилась к нему, приблизив свое лицо к его лицу.

- Ближе, - сказал он еще мягче. Его глаза были прикованы к моим губам.

Рука, лежащая на спинке моего сиденья, обхватила меня за плечи, притягивая еще ближе, пока наши губы не оказались в десяти сантиметрах друг от друга.

- Мне нужно объяснить тебе это по буквам? - он выдохнул эти слова прямо мне в легкие, и все же каким-то образом они прозвучали удивительно бесстрастно. - Ты должна поцеловать меня прямо сейчас.

Я не могла отказаться, но, что еще хуже, я и не хотела отказываться. Закрыв глаза, я прижалась губами к его губам.

Я думала, что этот поцелуй будет коротким и благопристойным. Быстро и чисто.

Как бы не так не так. Это была чистейшая фальшь.

Наш поцелуй был слишком откровенным для публики. Это было просто короткое мягкое прикосновение, наши губы терлись друг о друга, взад-вперед, взад-вперед. Короткий дразнящий контакт. Этого было достаточно. Это было уже слишком. На мгновение я сделала глубокий судорожный вдох.

Я не понимала, как поцелуй может быть таким неприличным, когда он едва прикасался ко мне.

Его восхитительные губы прижались к моим, и это была настоящая атака на мои чувства. Его язык глубоко проник в мой рот, чтобы поиграть с моим языком.

Я была, мягко говоря, неопытна в поцелуях и уж точно никогда не думала, что такие поцелуи бывают. У меня не было никакой защиты. Я немного обмякла, прижимаясь к нему, вдыхая его запах, позволяя его присутствию будоражить мое воображение.

На вкус он был как алкоголь, но слаще. Он провел своим языком по моему языку в том ритме, который напомнил мне другой, менее приятный акт.

Он перекинул мою правую ногу через свое колено под столом. Длинная белая скатерть скрывала это действие от посторонних глаз, но я все равно с некоторой неловкостью осознала тот факт, что из-за этого моя и без того короткая юбка задралась слишком высоко, обнажив трусики.

Он слегка отстранился.

Я наблюдала за его лицом, пытаясь прочесть его намерения.

Его ладонь лежала на моем бедре, поглаживая его и двигаясь вверх с пугающей скоростью.

Глава 8

Кира

- Мне любопытно, - сказал он, его рука не прекращала своего отвлекающего маневра. - Объясни-ка мне кое-что. Мне сказали, что тебя готовили, - он выделил это слово, - к брачному ложу. Что это вообще означает?

- Как много ты хотел бы знать?

Он обдумывал мой вопрос, его глаза были загадочными, его большая рука гладила и разминала внутреннюю поверхность моего бедра.

- Я хотел бы знать все.

- Я знаю, как подготовиться к встрече с тобой. Знаю, как... компенсировать в случае, если я захочу чего-то... такого... а тебе не захочется ухаживать за мной.

Мои слова прозвучали очень неразборчиво, и я едва могла смотреть на него после того, как произнесла их.

Он уставился на меня.

- Ты хочешь сказать, что они научили тебя мастурбировать?

Я не могла смотреть на него, и все мое тело вспыхнуло от смущения и чего-то еще. Чего-то теплого и постыдного.

- Помимо всего прочего - да, научили. Своими собственными руками и с игрушками, хотя я не могла засунуть внутрь себя ничего, кроме собственных пальцев. Конечно, ведь я должна была оставаться нетронутой до нашей первой брачной ночи.

- Конечно, - согласился он с нескрываемым сарказмом. - И чему же ты у них научилась? Где тебе нравится, чтобы к тебе прикасались?

- В обычных местах.

Его брови поползли вверх.

- Можно поконкретнее, пожалуйста.

Мне хотелось вжаться в пол, но я не имела на это права. Это был тест, и я усердно готовилась к нему.

- Моя грудь, соски и клитор, конечно. Внутренняя сторона бедра...

- Нравится, где я сейчас глажу? - перебил он, сжимая мою ногу.

Я резко втянула воздух.

- Да.

- Продолжай. Где же еще?

Мне пришлось прочистить горло, прежде чем я снова обрела дар речи.

- У меня очень чувствительная спина. Еще затылок, плечи и то место, где плечи переходят в шею.