Кирилл громко вздохнул и покачал головой.

— Хочешь сказать, что не трогал ее в тот вечер? — потом углядел на лице бывшего майора слабую тень вины. — Зачем ты ее так сильно избил? Что вообще может сделать женщина, чтобы заставить мужчину так над собой издеваться? Изменила? Уйти хотела? Ужин спалила?

Лицо Рыкова дернулось при упоминании испорченного ужина. Кирилл готов был поклясться, что попал в точку.

«Бедная женщина. Сколько же она от него натерпелась!» — думал он, буравя заклятого врага взглядом.

— Вранье! — с маниакальным упорством продолжал настаивать Рыков. — Ты ее убил и отправил меня за решетку! Пришло время платить!

Кирилл хмуро уставился на похитителя и спросил:

— Что так затянул с оплатой? Прошло три года, как ты свободен. Если такой верткий, отчего меня сразу не убил?

— Нет, сука, смерть для тебя слишком мягкое наказание! Ты должен был пройти через всё, что прошел я!

Рыков вскочил со стула и стал прохаживаться перед пленными, поигрывая пистолетом.

— Как же интересно было копаться в твоей жизни… Я следил за тобой несколько месяцев, пока решал, как бы побольнее тебя уколоть. Удивительно, что твоя пронырливая домработница так и не нашла в доме ни одной из камер. Что взять с деревни… Кстати, ты сам подсказал мне идею! Поначалу я думал забрать лишь твою жену, но ты не очень-то о ней заботился. Тебя волновала лишь дочка и то, что находилось в брюхе у твоей благоверной. Поэтому я решил забрать у тебя всех троих. Ты старательно облегчал мне работу. Я и не думал, что втереться в доверие к твоей жене будет так просто. Ты практически отдал ее мне в руки.

— Вы двуличный тип! — воскликнула Кира. — Как вы могли использовать мое положение в таких низких целях?!

Рыков лениво повернулся в ее сторону и засмеялся:

— С чего я должен жалеть сучку, которая была достаточно глупа, чтобы связаться с этим убийцей? — продолжил он как ни в чем не бывало.

— Но вы же нам помогали! Поддерживали! Зачем? — не унималась Кира.

— Всё очень просто, цыпа! Я помогал тебе с работой, чтобы у тебя даже мысли не проскочило вернуться в дом Трубачёвых. Голод и безденежье могли заставить тебя с ним связаться, — он указал на Кирилла. — А мне надо было, чтобы ты жила тихо-мирно.

— В чем гениальность твоего плана? — не выдержал Кирилл. — Хотел, чтобы дети росли без меня? Всё?

— Ты должен был до дна испить горькую чашу утраты! Я отвел тебе на это восемь лет. Как и ты мне в свое время. Через восемь лет я бы позволил тебе найти семью, а потом забрал бы их уже навсегда. Вот тогда ты бы по-настоящему понял, что такое потеря! Говорят, нет ничего хуже, чем смерть детей. Я решил, что эта боль как раз для тебя! Достойная месть для такой сволоты, как ты, не находишь? Но ты умудрился найти их раньше…

Рыков подошел к Кире вплотную и схватил за подбородок, заставляя посмотреть в лицо.

— Что я говорил тебе делать, если объявится Трубачёв?! — заорал он на нее. — Ты должна была сразу со мной связаться! Вместо этого ты позволила ему видеться с детьми, а мне ни слова! Если бы я вчера не позвонил, так и сидела бы молча?! Ну? Отвечай!

Он пнул ногу пленницы увесистым ботинком. Кира сдавленно охнула.

— Не трогай ее, сука! — зарычал на него Кирилл.

— Не трогать? — Рыков хищно оскалился. — Это вряд ли!

— Если ты ее убьешь, — быстро заговорил Кирилл. — Я костьми лягу, но ты ни копейки за меня не получишь! Думаю, это не обрадует твоих сообщников. Они, поди-ка, уже шкуру неубитого медведя делят?

— Хорошо ты по ушам им проехался, — с некоторой досадой бросил Рыков. Потом снова хищно улыбнулся: — Любишь ее? Вижу, что любишь! Я не убью ее... и тебя не убью. Я даже отпущу вас. Только вот к концу этой ночи вы оба будете мечтать о смерти! Возможно, после всего ты всё еще будешь ее любить. Только вот она на тебя даже смотреть не сможет!

— Что ты задумал? — с тревогой спросил Кирилл.

Рыков отошел от Киры, искренне наслаждаясь эффектом, который произвели его слова. Сел за стол и, переводя взгляд с Киры на Кирилла, ответил:

— Никогда не понимал, что люди находят в таких уродках. Хоть блондинистый цвет сменила, а то смотреть было страшно. Непонятные кудри торчат в разные стороны, как болонка. Такая же мелкая, ноги как спички… Мозгов нет…

Кирилл глянул на испуганную жену и удивился, как кому-то может не понравиться ее хорошенькое личико и ладная фигура. Ноги ее ему всегда очень нравились. Совсем не спички! В ней вообще не было ничего, что могло бы не понравиться нормальному здоровому мужчине. И с мозгами всё в порядке. Логика, конечно, временами хромает. Но на то она и женщина.

— Что ты в ней нашел, Трубачёв? — продолжил Рыков, приподняв одну бровь. — Трахается хорошо? Проверим! Моим ребятам она очень понравилась! Хочешь, могу пустить тебя первым. На правах мужа.