— Где он?! Думаю, мы сможем решить этот вопрос на дуэли!

— Я здесь, Итан! — массивная ладонь неожиданно легла на плече юному не состоявшемуся дуэлянту и тринадцатилетний мальчик испуганно сжался, но тут же выпрямил спину и жестом уступил отцу место рядом с мамой – со мной. Роберт тут же воспользовался предложением, заключив меня в крепкие объятия, развернулся к надувшему губки сыну и указал на двух девочек-ангелочков, которые скучающе переговаривались на небольшой тахте, разглаживая свои пышные платья: — Пригласи лучше кого-то из сестер. Мне казалось, они заснут прямо по средине мой речи.

— Но они старые! Им целых пятнадцать лет! — Итан недовольно насупил брови, произнеся последние два слова таким голосом, словно это какая-то катастрофа вселенских масштабов, которую мы никак не можем понять, и подбородком указал на Оливию, нашу блондинку с голубыми топазами вместо глаз: — Она пришла с парнем и не хочет со мной танцевать! — затем он указал на темноволосую Ребеку со стальным отливом кудрявых прядей: — А она вообще в слишком пышном платье и отдавит мне все ноги!

Я многозначительно посмотрела на Роберта, упрашивая его уступить право первого танца маленькому воинственному обольстителю женских сердец, но тот едва уловимо мне подмигнул и тут же обратился к Итану:

— Я видел, что твоя одноклассница Джейн Мендокс уже битый час сидит на стуле и рассматривает свой пунш... Говорят, она разыскивала тебя и хотела, чтобы ты оценил своим мужским беспристрастным взглядом ее очаровательное голубое платье. Думаю, если ты его похвалишь, тебе может светить благодарственный поцелуй в щеку.

— Что же… — глаза мальчугана не на шутку загорелись и он, театрально откланявшись, прощально постановил: — Мне тяжело об этом говорить, но я все же уступаю тебе первый танец с мамой.

Едва Итан скрылся в толпе, как крепкие руки Роберта жадно прижали меня к себе, а нос уже так привычно зарылся в шею, втягивая запах с неким безумством и жадностью.

— Я охренеть как соскучился по тебе за этот длинный день... — низко прохрипел он мне прямо в ухо, — Мой член встал, едва я увидел тебя в этом платье. Тебе не кажется, что оно слишком тесное для тебя?

Знакомый огонек внизу живота дал сладостный импульс, а рука Роберта, гуляющая по моей спине, заставляла прижиматься к мужчине все ближе и ближе, пока я в конец не осмелела, чтобы тихо прошептать:

— Давай уйдем от сюда, а? У детей личная охрана, они уже взрослые и самостоятельные, справятся без мамочки и папочки… — теперь в игру можно было вступить мне, едва заметно прикоснувшись в его груди, проведя полоску до самой ширинки, довольствуясь его грубым рыком мне прямо в ушко... — Чертовы вагинальные шарики превращают меня в нимфоманку.

Внезапно музыканты оживились и заиграла какая-то незнакомая мне медленная мелодия, зазывающая всех желающих на первый танец приема.

— Все не так просто, мышка... Я все еще требую свой первый танец! — несмотря на мой чертовски раздосадованный вздох, он все же отодвинулся от меня и протянул руку, приглашая на танцпол, освещаемый сотней имитированных свечей.

Усмехнувшись своим постыдным мыслям, я, естественно, приняла ее и уже через минуту мы кружились под большой люстрой, плотно прижимаясь друг другу.

— Все так хорошо… Так будет всегда? — упиваясь моментом, на эмоциях простонала я, ведь раньше всегда боялась говорить вслух о своем счастье, дабы не спугнуть его... — Не бери в голову. Просто мысли в слух…

На какой-то момент нашего медленного танца повисла тишина, заставляющая каждого из нас подумать о своем. Я не могла прочесть мысли Роберта, но в моей голове вихрем кружились последние шестнадцать лет. Многое мы упустили: Шаворский потерял квалифицированного бухгалтера Павла, который сел на двадцать лет за мошенничество и поджог; "верного" друга Артема, который с каждым годом добавляет себе срока в тюрьме за попытки побега... Я же потеряла беззаботные юные деньки, когда моя подруга пыталась помочь оставить меня один-на-один с машиной полной газа. Но приобрели и сохранили мы не меньше: благодаря нашим с мужем стараниям Фаина вновь начала ходить и мы продолжаем поддерживать приятельские отношения, а Таня навсегда осталась моей лучшей подругой и теперь еще и соседкой по дому.

Но главным нашим достижением, конечно, был честный брак, полный любви, согласия и взаимного уважения, скрепленный тремя плодами нашей безудержной страсти. Видимо, потому, что мы, как никто другой, знаем какова цена свободы, счастья и любви. Близкие люди как хрупкий фарфор – к ним нужен правильный подход, ведь неизвестно, когда придет их час нас покидать…

Внезапно музыканты перестроились и заиграло страстное танго, а я растерянно начала оглядываться по сторонам, где на площадке танцующих остались только мы вдвоем.

(ВИЗУАЛИЗАЦИЮ ТАНГО ВЫ МОЖЕТЕ ПОСМОТРЕТЬ В ГРУППЕ АВТОРА ВК, УКАЗАННОЙ В ОПИСАНИИ КНИГИ)