По дороге он рассказывает то, о чем не хотел говорить при матери.

— Я документы оформляю, - немного заикаясь говорит брат. Он с детства так: стоит зайти серьезному разговору – и вспоминается детская привычка. – Еду в Европу. На другие хлеба. Парни с завода еще летом рванули, обустроились. Ну и я подумал: чего сидеть? Деньги нужно зарабатывать.

Он привез матери все свои сбережения и еще кое-что, что удалось наскрести у друзей. Прилучая сумма, которую мать отказывалась брать, раз теперь Дениске эти деньги уже не нужны. Но Вовка настоял, сказал, что ей они все равно нужнее, а себе он и так заработает, потому что взрослый мужик и пора браться за ум.

— Ты… повзрослел, - озвучиваю свои наблюдения, и брат хмыкает. Он всего на пару лет меня старше, но я всегда относилась к нему, как к младшему.

— Я жениться собираюсь, Варька, - говорит, как будто немного смущаясь.

Мы переглядываемся – и молча просим друг у друга прощения, что хоть и живем в одном городе, но последний раз виделись год назад, у меня на свадьбе, и с тех пор только изредка перезваниваемся. Как-то синхронно останавливаемся, обнимаем друг друга – и снова бредем в больницу. По дороге у брата рот не закрывается: рассказывает о своей избраннице. Она – моя ровесница, с годовалым ребенком на руках, которого Вовка с гордостью называет «наш сын». Не перебиваю и даю ему насладиться эйфорией собственного счастья.

— Ребята сказали, что за полгода можно хорошо заработать, найти приличное жилье и забрать Маришку с сыном к себе, - делится своим грандиозными планами брат.

— И когда едешь?

— Да я всего на пару часов, - виновато бубнит он. – Проведаю Дениску, потом заскочу к матери попрощаться и сразу на вокзал. Жаль, квартиру снял наперед, а хозяйка деньги вернуть отказалась.

— Квартиру? – переспрашиваю я и зачем-то поднимаю лицо к небу. Кажется, будто именно сейчас Провидение смотрит на меня с хитрой улыбкой. – Надолго?

— Еще полтора месяца. Фигня в общем.

— Вовка! – От волнения не могу сдержать крик, и брат ошарашенно косится на мой наверняка безумный, вид. – Можно, я там поживу?

— Да не вопрос, - не понимает он. – Только ты ж вроде…

— Я на развод подаю. И мне нужно уйти от мужа, потому что… - Чуть было не говорю «Он меня просто убьет», но вовремя притормаживаю. – Потому что у него тяжелый характер и будет лучше, если мы сразу разбежимся по разным углам. Да еще и свекровь теперь с нами под одной крышей. Не хочу приходить домой и выслушивать, какая я стерва. А денег на жилье вообще кот наплакал.

— Ключи у Маришки остались, она пока с мамой живет, ей с ребенком одной тяжело – учится еще и подрабатывает удаленно из дому. Только, Варя, это однушка, для холостяка. Очень скромная.

Я просто еще раз крепко-крепко его обнимаю.

В три часа прихожу к магазину, около которого мы с Даней договорились встретиться. Я еще раз благодарю его молчаливой улыбкой за понимание: он не спрашивает, почему я не разрешаю заехать за мной в дом матери.

В машине тепло, и я снова снимаю пальто и обувь, позволяя Ленскому укутать себя в плед. Но на этот раз даю себе клятвенное обещание не спать всю дорогу, чтобы насладиться каждой минутой времени рядом с ним.

Когда мы вернемся, все изменится.

Скорее всего – даже наверняка – навсегда.

Глава тридцатая: Варя

Глава тридцатая: Варя

— Спасибо, что подвез, - говорю я, когда Даня притормаживает около дома, где живет Вовкина невеста. – Спасибо… за все, Даня.

Ленский недоверчиво осматривает старенькую пятиэтажку, как будто чувствует, что я что-то недоговариваю. Не могу и не буду вешать на него свои проблемы. Даже если он ведет себя как взрослый, ему все равно только восемнадцать, и проблемы моего развода не должны портить ему жизнь. Может быть, я максималистка и все вижу в неправильном свете, но, примеряя на себя роль матери такого вот Дани, понимаю, что не желала бы сыну судьбы стоять под обстрелом тяжелого развода его взрослого преподавателя.

— Отсюда тяжело добираться, - говорит Даня, взглядом цепляясь за табличку на доме. Это в самом деле Тмутаракань, и отсюда до академии – два с хвостиком часа на перекладных. Но квартира Вовки еще дальше, так что с поездками придется туго. – Точно не хочешь, чтобы я тебя утром забрал? Не обязательно же прямо под окнами.

— Точно не хочу, - улыбаюсь я.

Вижу, что он подается вперед, чтобы поцеловать меня, и быстро выскакиваю из машины. В горле ком, глаза щиплет от желания просто разреветься. Даня быстро опускает стекло и я, уже стоя на крыльце, машу ему на прощанье. И сразу в подъезд, бегом на второй этаж, прижимаюсь к стенке и украдкой смотрю в окно. «Порше» стоит еще минуту, а потом уезжает.

На самом деле Марина живет не в этом подъезде и даже не в этом доме. Она живет в соседнем дворе. Возможно, я зря перестраховываюсь, и Даня все равно не станет меня искать, но он кажется таким упрямым, что никакая предосторожность не будет лишней.