Чёрт возьми, я не мог признаться в чувствах Кейтлин, но зато сидел и пытался доказать что-то этой бестолковой кукле?

– Марк, всего один мой звонок, и Генри уйдет из её дома.

Она шантажировала меня? Где были мои мозги, когда я решил уделить внимание этой дряни? Клянусь, лучше бы я ослеп в то же мгновение, когда впервые увидел её. Тогда я недооценил её потенциал последней сучки, готовой пройти по головам ради достижения собственной цели.

– У тебя ровно две минуты, чтобы принять правильное решение.

– Под правильным решением ты подразумеваешь моё согласие остаться с тобой? – я вопросительно посмотрел в её глаза.

– Да. Ты оставишь Кейтлин и в Сиэтл вернёшься вместе со мной.

Как она всё хорошо распланировала, только не учла одного:

– Тебе настолько наплевать на свою гордость, что ты готова будешь жить с мужчиной, которой тебя не любит?

– Марк, эта девушка – не то, что тебе нужно.

Вот только не хватало ещё слушать лекций о подходящей и стоящей женщине, которой непременно окажется Оливия.

– Зачем тебе это? Ты хочешь денег? Сколько тебе нужно? – я не мог представить себе, что вот так просто мне придётся отказаться от самого светлого и чистого человека в своей жизни.

– Марк! – Оливия расстроено надула губы. – Я люблю тебя! Ты – всё, что мне нужно, – она хлопала длинными ресницами, изображая искренность. 

Но я больше не попадусь на этот крючок.

– Оливия, если любишь – сделай меня счастливее… – попросил я, всё же надеясь на то, что мне удастся откупиться деньгами.

– Каким образом? – она заинтересованно заглянула мне в лицо.

– Оставь меня в покое, – устало повторил я.

Лицо Оливии исказила злая гримаса. Она схватила свой телефон и, коснувшись дисплея тонкими пальцами, включила громкую связь. Длинные гудки послышались из динамика.

– Оливия? – я бы узнал теперь этот голос из тысячи голосов.

– Генри, девчонка твоя. Делай с ней всё, что пожелаешь, – Оливия не сводила глаз с моего побелевшего лица. – Только не выключай, пожалуйста, громкую связь. Может быть, Марк ещё передумает и переменит своё решение... – на том конце провода послышались какие-то звуки.

– Оливия не надо, – прорычал я.

Но Оливия намеревалась поиграть на моих нервах и самообладании. Она совсем не понимала, как далеко зашла в своих играх?

– Генри… – послышался глухой и хриплый голос Кейтлин на том конце провода.

Шуршание. Тишина.

Моё сердце предательски сжалось. Перед глазами тут же всплыло воспоминание о состоянии Кейтлин после того, как Генри напал на неё в клубе. Она была напугана и раздавлена, а мне нужно было ещё тогда прикончить этого ублюдка, не раздумывая о последствиях. Я знал, Генри не будет с ней церемониться, так как её жизнь давно для него стоила ровно столько, сколько денег было у её отца. У их общего отца... Только Кейтлин об этом не знала.

– Генри, пожалуйста! Нет! Ты не посмеешь! Генри! – послышался слабый крик моей любимой.

Представив, как он трогает её, я чуть было не вскочил со стула, но вовремя взял эмоции под контроль. Связь была нечёткой, но я слышал испуганный голос Кейтлин, молящий не трогать её, и это стало последней каплей терпения.

– Оливия, скажи, чтобы он прекратил. Я согласен! – мне стоило большого труда не сорваться с места и не побежать туда, где сейчас подвергалась мукам часть моей жизни. 

– Ты уверен?

Я почти не слышал её голоса, пытаясь разобрать звуки, которые издавал телефон.

– Оливия. Я. Согласен. – твердо повторил я, испепеляя эту мразь убийственным взглядом.

Раз она так хотела стать миссис Бретт – она ею, чёрт возьми, станет, но это обстоятельство не изменит сути моих чувств, мыслей и желаний. Я целиком и полностью принадлежал другой.

– Генри, он согласен. Отбой, – расчетливый тон Оливии звучал для меня как приговор.

Я понимал всю двусмысленность положения, в которое поставила меня эта дрянь. Она, как опытный охотник, искусно расставила капканы, в которые я не просто попал, а запрыгнул.

– Твоя секретарша – моя племянница, если от этого тебе станет легче, – Оливия ликующе улыбнулась и подозвала официанта. – Нам нужно отметить сегодняшнюю помолвку, – она отпила из фужера прозрачную жидкость и откинулась на спинку сиденья.

– Бывшая секретарша, – поправил я её. – Сигареты и пепельницу, – бросил я официанту, который подошёл нас обслужить.

– Ты куришь? – изумилась Оливия, проигнорировав мои слова о Тане.

– С сегодняшнего дня – да, – отрезал я и, последовав её примеру, откинулся на спинку стула и отвернулся к завораживающему пейзажу ночного города, который, казалось мне, горел в гне, рушился на глазах, превращаясь в облако пыли.

Кейтлин