Начинается музыка и на подиум выходит первая модель. Она выходит в черном комплекте белья, трусики высокие до талии. Если у женщины есть небольшой животик, то она с легкостью сможет его скрыть, чтобы он не выпирал при обтягивающем платье. Лифчик хорошо держит грудь, так как под грудной клеткой он идет накрест и завязывается сзади. Помимо основной защелки, он на тоненьких аккуратных бретелях. Первую модель провожают бурными аплодисментами. Вторая модель выходит в полу прозрачной грации, которая легко струится по ее телу, под грацией видно маленькие и элегантные трусики. Этот комплект больше подойдет для того, чтобы завести своего мужчину. Девушку так же провожают бурными овациями. Как и всех последующих моделей.

Показ удался, зрителям нравится то, что они видят. Уже начинают спрашивать, где можно приобрести комплекты.

На сцене происходит неразбериха. Три раза называли Олесю Туманову и звали на сцену, чтобы зрители могли увидеть юного модельера, но она не вышла. Наталья выбежала на сцену, как куратор проекта и приняла всю славу и поздравления. В это время Олеся была дома. Скрутившись калачиком возле ванны, она лежала и тихо плакала, держа в руках тест на беременность с двумя полосками...

Глава 60

Мои опасения подтвердились - я была беременна. В день показа меня тошнило целый день, и я достала из сумки купленный тест. Купила его неделю назад, но все никак не решалась сделать. Я боялась, боялась того, что если он положительный, то какой у меня будет план действий? За час до показа я позвонила Наталье и сказала, что у меня температура тридцать девять, и что я не смогу прийти. Потом взяла тест и пошла в ванную. Минут тридцать я смотрела на тест и не могла поверить своим глазам. Сделала еще один и сидела уже с двумя положительными тестами.

Я не знала, что мне делать... Говорить Вадиму? А что, если я только привяжу его этим ребенком? Что если ему это ненужно?

На следующий день я поехала в клинику и узнала, что у меня шестая неделя. Значит, забеременела я сразу, в один из наших первых занятий любовью. В том, что оставлю ребенка, я даже не сомневалась. Это будет смыслом моей жизни. Буду жить ради него.

После показа мне дали месяц отпускных и огромную премию в размере двух моих окладов. Я решила, что месяц сидеть в пустой квартире и убивать себя воспоминаниями о Вадиме глупо, и, собрав вещи поехала в деревню к бабуле с дедулей. Я пока что не сказал им о ребенке, просто не знала, как отвечать на вопросы, которые посыплются на меня. Если спросят — сказала ли я Вадиму? А потом спросят — почему нет? А почему нет, я и сама себе не могу ответить... Просто боюсь. Боюсь находиться с ним на расстоянии вытянутой руки, боюсь опять ощущать все те чувства, которые я спрятала глубоко внутри себя.

Была зима, и я каждый день немного гуляла по улочкам. Начинала немного превращаться в живого человека. Я тут уже две недели, и деревня хорошо на меня влияет. Каждый день мне звонит Алинка, я не беру трубку, боюсь услышать что-то о Вадиме. О том, что возможно у него есть другая женщина и он счастлив. Мне нельзя волноваться. Я не хочу потерять то, что у меня теперь есть.

В соседний дом к тете Зое приехал внук. Костя, мужчина лет тридцати, симпатичный, добрый, обходительный. Каждый день заходит в гости и приглашает меня на прогулки. Я ему нравлюсь. Я решила, что будет не честным скрывать от него свое положение и сказала ему, что жду ребенка. Но Костю это никак не смутило. Он, наоборот, теперь начал приносить фрукты и приглашать уже на чай. Костя был приятным парнем, и в его компании я хоть немного забыла о том всем, что со мной произошло.

Сегодня мне было плохо. Утром вроде бы все было хорошо, но после завтрака я вытягивала в колодце ведро воды, и когда его несла в дом, внизу живота начало тянуть. Я легла в кровать, думала, что станет лучше. Даже немного задремала, а когда проснулась, поняла, что боль стала уже сильнее. Я начала быстро соображать, что делать. Звать бабулю и огорошить ее этой новостью сразу нельзя, еще инфаркт схватит. Костя уехал в город на пару дней, а ближайшая больница находится через тридцать километров. Машину сейчас тут и не найдёшь. Я быстро набираю номер Алинки.

- Ооо, пропажа! Олеся, у тебя совесть есть? - Строго спрашивает Алинка, но, когда слышит, что я тихонько плачу в трубку. - Олеся, что случилось???

- Лялька … ребенок ... с ним что-то не так, — я уже захлебываюсь слезами.

- Что??? Олеся, какой ребенок …, — секунда, вторая …, — Олеся, ты что беременна???

- Да. Алина, мне больно, внизу живота, что-то не так ...

- Ты где? - Я быстро диктую адрес. - Твою мать, какого хрена ты туда поперлась??? Минимум час на машине, жди …, — и положила трубку.

Лежу в кровати и плачу. Я разговариваю с малышом, прошу его меня не бросать, обещаю, что расскажу все Вадиму. Что у него будет папа, который будет его любить. Если он не любит маму, это же не значит, что он не полюбит его.