– Погружайте, – приказывает властный голос, а моей спины касается широкая мужская ладонь, осторожно гладит, потом дотрагивается до очень нежного мокрого хвостика. Хвост льнет к мужской руке, словно к любимому хозяину. Я все прекрасно ощущаю, но пока не контролирую. Хвост живет собственной жизнью.

Пока меня еще не успели усыпить, чуть приподнялась и обернулась. Интересно же все-таки взглянуть на новорожденную часть тела. Хвост не впечатлил. Белесый, склизкий, короткий. Черная малюсенькая жиденькая кисточка трепета не внушает. Чего в этом хвосте прелестного нашли? Хотя Окин, кажется, в восторге – широко улыбается, с восхищением оглядывая отросток.

Проснулась я уже в теплой постели дараи. Потянулась, равнодушно взглянула в окно. Сегодня ничего не видно за белыми пушистыми облаками. Хвост шевелится, я его чувствую, но как-то даже потрогать не хочется. Свернулась комочком, с головой укрывшись одеялом. Вставать не хочу, все равно, наверное, сегодня дадут выходной. Состояние сонное, голова кружится, от недавнего прилива сил не осталось и следа. Это, скорее всего, еще действует снотворное и препараты, призванные снизить приток энергии, чтобы мои силовые каналы не разорвало. Ну, так говорили эти противные ученые.

– Леа, мне это надоело.

Приподняла одеяло, чтобы посмотреть на замершего в дверном проходе дараи. Окин оперся плечом на косяк, а руки сложил на груди. Смотрит демон серьезно, сосредоточено, холодно. Приготовилась ко всему. Дараинейр подошел, сел на кровать, одновременно резко стянув с меня одеяло и с силой отбросив его куда подальше. Я сжалась сильнее.

– Чего ты хочешь? – вдруг очень грозно произнес демон.

Что?

– Я не понимаю вас, дараи.

– Меня не устраивает твое состояние, Леа. Я хочу, чтобы ты вела себя, думала и ощущала себя как прежде, до инцидента с твоей сестрой. Сегодня я готов сделать тебе подарок по твоему выбору. Желай, я исполню, но после этого ты должна будешь забыть все то, что было с тобой в прошлом. Все, Леа. Ты будешь полностью моей. Ты будешь жить и радоваться своей новой жизни, силе, возможностям, будешь биться за эту жизнь, пылать. Для меня. Итак, я жду.

Вот такого поворота я совсем не ожидала, но думала недолго. Я не знаю, как далеко готов зайти дараинейр в своем желании починить сломанную игрушку, но желать буду по максимуму.

– Я хочу, чтобы моя родная планета возродилась. Ее озеленили, там вновь появились океаны и реки, хочу, чтобы люди были обеспечены работой и нормальными условиями для жизни. Хочу, чтобы жители моей планеты никогда больше не становились слугами и рабами здесь. Хочу быть точно уверена, что что бы ни случилось, моя семья всегда будет в безопасности и свободна.

Затихла и затаила дыхание. Я бы попросила за все угнетенные планеты, но я реалистка, дараи на это не пойдет. Не уверена, что и с одной планетой он согласится на мои требования.

Окин ответил не сразу. В эти мгновения я чувствовала себя ну очень живой. Пульс участился, сердце забилось с невероятной силой. Никогда в жизни еще не желала чего-то так сильно, как согласия дараи. Откажет – и на этом, наверное, все кончено. Согласится – я вновь обрету крылья, потому что исполнится то, о чем я и мечтать не могла. Мой дом, мой народ, моя семья возродятся, смогут жить, а не существовать. Это настоящая сказка, новая надежда, спокойствие.

– Хорошо, Леа, пусть будет так, хотя там явно не один подарок.

Да ладно!

Я буквально накинулась на Окина и зацеловала, при этом счастливо изо всех сил виляя своим куцым коротким хвостиком. Вот не верила. Дараи сразу согласился со всеми моими желаниями, не торгуясь, не шантажируя, не ограничивая, только в обмен на… А на что? Какая вообще Окину разница, что я испытываю и о чем думаю? Значит, все-таки есть разница?

Мое сердце бешено стучит, больше никакой сонливости и серых красок, хочется прыгать, скакать и орать. А еще раздеть скорее Окина, продолжить целовательный сеанс, завести и залюбить демона до такой степени, чтобы даже у опытного бывалого темного глаза от изумления стали круглыми-круглыми.

А-а-а! Как же здорово! Смеюсь и плачу одновременно, даря Окину соленые, горячие, быстрые поцелуи. Мужчина полулежит на кровати, спокойно принимая мою истерическую радость. Глаза демона прищурены, но я замечаю в них отблески довольства.

– Сколько эмоций, Леа, что странно, ведь, по сути, для себя лично ты ничего не попросила. Ты точно хочешь именно этот подарок?

Конечно, хочу. Как бы ни сложилась в дальнейшем моя жизнь, меня до самого конца будет греть воспоминание о том, что сейчас произошло. История моего народа теперь повернется в совсем другую сторону. На возрожденной планете, с которой осталась частичка моей души и сердце, будут рождаться дети, не знающие, что такое голод и рабство.