Действительно. Она всегда умела подбирать слова. Я в этом теле. Оно умрёт, а с ним и я. Значит, чья проблема? Моя, чья же ещё.

«Твоя, конечно, проблема, а чья ж ещё?» — раздался у меня в голове знакомый голос.

Я убрала руки от лица и огляделась.

— Я и не спорю, что моя, — улыбнулась я. — И где же вы были, Ваше Чернейшество?

«Где я была, там меня уже нет!» — голос в моей голове приобрёл горделивые нотки.

— Показывайся давай, — миролюбиво улыбнулась я.

Передо мной прямо из воздуха появилась чёрная бабочка с совершенно роскошными бархатистыми крыльями. Я, как всегда, залюбовалась своим фамильяром.

Чернуша, как я её называла, эффектно покружилась в воздухе, давая мне возможность оценить всю красоту изящных крыльев с изумрудным узором по краям.

Чёрный стремительный вихрь в воздухе — усики утолщились, крылья превратились в лапы, и в следующее мгновение о мои ноги потёрлась совершенно очаровательная пушистая чернейше-чёрная кошка с изящными мохнатыми крыльями, восхитительно-миндалевидными изумрудными глазами и умопомрачительными треугольными ушками с кисточками.

— Красота моя, — улыбнулась я. — Я скучала.

«А я нет!» — мурлыкнула у меня в голове эта нахалка, озорно поглядывая своими невозможными глазами, — «разве что чуть-чуть», — снизошла она и потёрлась о мои колени.

.

.

Визуал ветряных молний:

.

Визуал задумчивой Ольги:

.

Визуалы Чернуши:

Глава 4. Неизбежность

— На руки пойдёшь? — спросила я.

Чернуша подумала, потом ещё подумала. И, наконец, решила, что её величие не поблекнет, если она позволит почесать себя за ушком.

Осторожно переступая мягкими лапами, моя радость забралась на меня, свернулась клубком на коленях и довольно заурчала, когда я аккуратно начала её почёсывать между ушками, стараясь не задевать крылья.

«Из-за дракона своего грустишь?» — ляпнула, как всегда внезапно, Чернуша.

— Он не мой, — нахмурилась я, чувствуя, как настроение разом портится. — И я не грущу. Я ищу выходы.

«И много выходов нашла?» — осведомилась Чернуша, подставляя загривок под мои пальцы.

— Пока ни одного, — усмехнулась я.

«Как минимум два выхода у тебя есть», — прищурилась она, — «даже три».

— Почему-то я у тебя даже спрашивать не хочу, что это за выходы, — моя ухмылка сползла с лица.

«А зачем спрашивать? Я и так расскажу», — голос Чернуши в моей голове зазвучал звонче и жёсче, — «Три выхода у тебя есть, три. Первый: ждать, когда тебя убьёт переизбыток магии, как это было у сорока трёх ведьм до тебя на моей памяти. Второй: покончить с собой любым способом, как выбрали пятнадцать заскальных дурёх».

Волшебная кошка посмотрела на меня по-человечески понимающими и сверхъестественно древними и мудрыми глазами.

«И третий выход», — договорила она, не отводя от меня пронзительного взгляда, — «отдать свою избыточную силу вместе с невинностью могущественному магу, как сделали все остальные ведьмы. Кстати, именно они жили сотни лет, некоторые даже тысячи».

Я вздохнула. Чернуша — дух-хранитель заскальных ведьм. В роду Мирги рождались только девочки — такова особенность магического дара, его можно было передать только от матери к дочери.

Когда новорождённая ведьма издавала первый крик, Чернуша покидала прежнюю хозяйку, становясь невидимой и неслышимой для неё, и с этого момента оберегала и опекала её дочь. До тех пор, пока та, через сотни лет, не родит девочку.

Когда Ольга утонула, а выплыла я, вот уж было для меня испытанием узнать, что я не сумасшедшая. Что я действительно переместилась в другой мир. А голос в моей голове действительно принадлежит бабочке, которая умеет превращаться в кошку.

Хорошо, хоть Чернуша мои мысли читать не могла, только если я специально этого не захочу. А я этого никогда не хотела. Просто она изучила меня уже хорошо, поэтому мне иногда казалось, что она знает обо мне всё.

— Ты пойдёшь со мной? — тихо спросила я.

Ведь я уже понимала неизбежность того, что между жизнью и смертью я выберу жизнь.

«До замка», — голос Чернуши приобрёл сочувственный оттенок. — «Внутрь мне нельзя».

Вечер прошёл в раздумьях. Я гуляла по берегу озера, строила планы один чуднее другого, слушала Чернушу, которая летала бабочкой вокруг меня и старательно отвлекала меня от дурных мыслей.

Когда стемнело, я молча поужинала на веранде дома, и легла спать.

Возможно, я рассчитывала, что утром станет легче, но я ошибалась.

Утром мне стало ещё страшнее. Я снова и снова вспоминала громадного дракона. Его резкие жесты, властный голос, уверенную и сильную руку на моей пояснице.

Невольно сравнивала с бывшим мужем из своего прежнего мира, ведь он был хорош собой, отлично зарабатывал, увлекался спортом, был со мной грубоватым, даже нахальным. Вспоминала о том, как я пыталась игнорировать его вечные подначки про мою фригидность, а я просто не успевала расслабиться под ним.