Меч медленно опускается на подставку у стены, вкладываясь в ножны.

Прислушиваюсь к себе: магия ровная, спокойная.

До меня вдруг доходит: всё, для чего я сюда пришла, сделано.

Моя проблема решена. И дракон получил, что хотел — громадный объём магической силы в свой меч.

Я должна была бы чувствовать счастье оттого, что могу идти… но вместо этого ощущаю острый укол странного чувства, которое не понимаю. Пожалуй, это досада и… разочарование оттого, что уже всё.

Потому что уже всё сделано, я не имею право дальше забирать время повелителя. Надо уходить.

Ёрзаю под ним, он не двигается, прижимает меня, всё ещё наполняет меня.

Я тихо говорю ему:

— Дело сделано. Я пойду.

Дракон наклоняется, обжигает поцелуем мою шею, гладит губами выше, прикусывает мочку уха.

— Нет. До утра ещё далеко, — его властный шёпот, — я тебя не отпускаю.

Глава 7. Всё

Не поняла… В смысле он меня не отпускает?

От этой фразы у меня, что называется, с грохотом падает планка. А он не охренел?

Я вообще-то к нему для решения проблемы пришла.

Он решил, молодец, плату получил, свободен.

Да, он хорош, крут, могущественен.

Перепугал меня до смерти, между делом.

Любовник, кстати, да, шикарный, опытный… у меня бывший муж и близко… Так, лесом мужа, лесом повелителя, лесом ведьму, лесом всех!

Я заёрзала под ним сильнее, упёрлась в широченные плечи.

— Я благодарна, — постаралась сделать так, чтобы мой голос прозвучал настойчивее. — Но я пойду.

Его губы, только что ласкающие мою шею, замерли.

Дракон приподнялся и уставился на меня. Мрачным взглядом. Медленно усмехнулся, а в глазах полыхнула пугающая ярость.

— Нет, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Благодарна, значит благодари. Я с тобой не закончил.

Резкий толчок внутри меня, следом ещё один, и ещё. Его губы обрушиваются на мои. Поцелуй жёсткий, от неожиданности я открываюсь, и его язык, с требовательным напором хозяйничает внутри моего рта, завоёвывает меня, подчиняет.

Проникновения резкие, грубые, и… умелые, многоопытные, расчётливые, так, что моё дыхание сбивается, мозги расплавляются, и по всему телу жаркая волна.

Его губы и язык терзают мой рот, мои руки слабеют на его плечах. Он берёт меня с растяжкой, глубоко, идеально, сильно, а я… моё сопротивление гаснет, растворяется…

Очень скоро под его искусными ласками меня накрывает опустошающий, мощнейший оргазм. Вместо того, чтобы оттолкнуть дракона, я прижимаюсь к нему сильнее. Содрогаюсь всем телом, выстанывая удовольствие в его жёсткие губы.

Он разрывает поцелуй, и я распахиваю глаза. Холодею оттого, как он на меня смотрит: жадно, пронзительно, неотрывно… а сама при этом дрожу, выгибаюсь всем телом, цепляясь за него, пытаюсь успокоить дрожь.

Не успеваю утихнуть — мои ладони тонут в его кулаках. Резкое движение — мои руки прижаты к простыне над моей головой. Он тяжёлый, жаркий, жёсткий на мне.

Новое проникновение — расчётливо, умело, глубоко, так что у меня лишь громкий стон и до боли закушенная губа.

Он останавливается, лижет мою губу, прикусывает её сам.

— Сегодня ты моя, ведьма. Вся моя.

Не успеваю возразить. Новый беспощадный поцелуй разрушает всё: я забываю, что хотела, кто я, где я, зачем это всё… И особенно мне становится всё равно — чему я там собиралась возражать.

Остаются лишь его губы, его руки, его дыхание, его тяжесть. Его умелые движения — идеальные, точные, именно такие, чтобы я снова — в дрожь, в стоны.

И снова его взгляд на моё лицо: изучающий, жгучий, неотрывный, пока меня выгибает нестерпимым удовольствием под ним.

Этому невозможно противостоять, то, что он делает со мной, то наслаждение, которое он пробуждает во мне… Это сильнее меня.

Он, повелитель, повелевает мной, я… сдаюсь, подчиняюсь, отдаюсь в его власть.

Забываю, почему я хотела уйти. Не помню ничего, и не думаю ни о чём.

Он заслоняет собой весь мир. Я действительно, полностью, до дна, вся — его.

Мне этого не избежать.

Да я уже и не хочу. Отдаюсь ему. Сама отвечаю на поцелуй. Теперь уже и я двигаюсь вместе с ним. Не понимаю, да и не хочу понимать, почему — сама целую. Прижимаюсь губами к его крепкой шее, скольжу по ней кончиком языка, кусаю его за плечо.

Повелитель довольно рычит, отпускает меня на мгновение — но только затем, чтобы развернуть меня на живот и снова накрыть собой.

Наматывает мои волосы на запястье, сжимает ладонью мою шею, раздвигает широко мои ноги и вонзается в мою глубину — на всю длину, до конца, а я кричу, вжимаюсь лицом в простынь… нет, не даёт, поворачивает моё лицо к огню в камине.

— Не отворачивайся, ведьма. Я хочу смотреть, как тебе со мной хорошо.

Моё лицо каменеет. И я каменею. Ну и гад же ты. Ещё один самовлюблённый мужлан. С ним мне хорошо, смотреть хочет, ага.