В дверях она столкнулась с Ксюшей. Сначала она отступила, чтобы пропустить входящего, но поняв, кто перед ней стоит, ринулась вперед. Оттолкнув Ксюшу плечом, протиснулась в дверь.

- У тебя сегодня день открытых дверей? – провожая взглядом Вику, спокойно спросила она.

Поставила на тумбочку пакет. Она заметила в моих руках еще один, врученный мне перед уходом Викой. Ксюша поспешила его отобрать, но я не позволил: взяв ее за руку, не отпускал. Легкие электрические волны пробегали между нами. Я жутко по ней соскучился, но такое ощущение, что ничего между нами не изменилось, словно не было этих двух месяцев. Смотрел на нее – и становилось легко. Я чувствовал себя почти счастливым. Захотелось пошутить и напомнить, что невеста обязана целовать жениха при встрече, но не стоит сейчас ее смущать, а то сбежит еще. Ксюше удалось отобрать пакет и пристроить его рядом со своим, как только я отвлекся на заглянувшую в палату женщину.

Подвинув немного стул к кровати, она села рядом. За это время она совсем исхудала, но я не могу сказать, что ей это не идет. За несколько минут успел рассмотреть и оценить все: естественный макияж, причёску, брючки, что так сексуально обтягивали ее круглую попку, и туфли на высоком каблуке отметил. Они заставляли обратить внимание на ее походку, задержать взгляд на длинных ножках. Куколка.

- Ты после универа сразу ко мне?

- Ага.

Ксюша выглядела смущенной и не знала о чем говорить. Я таких трудностей не испытывал: просто не мог на нее наглядеться.

- Тогда доставай еду с холодильника, будем обедать.

- Я не хочу, - проговорила девушка, вставая и направляясь к небольшому холодильнику, - но тебе подам все, что пожелаешь.

- Мы вместе поедим. И не спорь.

- Кирилл, я не голодная, – открыв дверцу, она принялась выкладывать продукты на стол.

- Ксюша… – пропел ее имя. – Не провоцируй. Если хочешь, чтобы я тебя поцеловал, так сразу и скажи.

Щечки Вредины сразу загорелись, в меня полетел возмущенный взгляд. Как же я соскучился по ней!

- Ой! - ворвалась в палату мама. - Ксюша, привет!

Подойдя к девушке, мама ее крепко обняла. Приятно было наблюдать за ними: две самые дорогие женщины в этом мире поладили.

- Кирилл, я думала, ты один остался, вот и поспешила. Видела, как девочка, что приходила к тебе, уже ушла.

Возникло желание сказать: «Скатертью дорога», но мама грубости не поймет. А объяснять, что Вика – это ошибка молодости, и совершать повторно я ее не собираюсь, не стал. Тем более, тут находится Ксюша. Да и незачем маме знать обо всем. Нам со Стасом и ее догадок хватает.

Чувство неудовлетворенности не давало покоя. Мама своим вторжением нарушила волнительный момент. Такое ощущение, что мне отключили подачу жизненно важных эмоций. Я только начал получать удовольствие от нашей пикировки – и все закончилось, не успев разгореться.

«Спасибо, мама!»

До безумия хотелось еще хоть немного побыть с Ксенией наедине, но не стану же я гнать маму из палаты, а понятливостью она, видимо, не отличается. Немного злило, что в случае с Викой она почему-то сообразила выйти.

- Ксюша, расставляй тарелки, нарезай тут колбаску, сыр, - протянув ей одноразовую посуду, велела мама. – Кирилл, ты к нам присоединишься или тебе в постель подать?

Отсюда я мог, не таясь, наблюдать за девушкой, а за столом этого мама не позволит или слишком многое заметит, а потом станет засыпать вопросами или, еще хуже, давать советы.

- Мне сюда тарелку подайте.

Мог и самостоятельно добраться до стола с помощью ходунков, но свои пока что неуверенные шаги демонстрировать Ксюше не хотелось.

Врединка немного нервничала, поглядывая на меня, но с мамой чувствовала себя комфортно. Видно, что командирские замашки родительницы девушку не обижали. Стас рассказывал, что они приходили каждый день отвлечь маму. Наверное, уже привыкла. Ведь владелец собственного ателье – Елизавета Игоревна – привыкла отдавать распоряжения.

Под чутким маминым руководством девушка пообедала. Мама даже заставила ее съесть кусок колбасы.

- Жаль, Стасу некогда. С нами бы посидел. Совсем на отдых времени нет. Ну, ничего, вот Кирилла выпишут, соберемся все вместе, отметим в семейном кругу и Ксюшу позовем обязательно, – мечтательно улыбнулась родительница мне.

«Неужели, мама что-то заподозрила? Вроде я ни разу не спалился, что пялюсь на нее»

Пока женщины убирали со стола, я тихонько вытащил телефон из-под подушки и включил камеру. Самые лучшие снимки – когда мы не знаем, что нас снимают. Сделав несколько кадров, оставил самые интересные, а размытые удалил. Ксюша даже не догадывалась, что я ее фотографировал.