Удивительно, что он вообще признал тот факт, что у меня должно быть личное время! Фыркнув, я забрала с вешалки плащ и направилась к выходу, пока он не передумал.

— Если встретишь Аниту, поторопи ее. — Крикнула мне в спину Ребекка. — Сегодня вечером мне нужно мое красное платье, а она до сих пор не принесла белье из прачечной.

Я кивнула и поспешила уйти, пока соседка не придумала еще с десяток поручений. В этом случае ее услуги няньки обойдутся мне дорого!

Оказавшись на улице, я глубоко вдохнула морозный воздух и набросила капюшон на голову. Дыхание вырывалось облачками пара, а порывистый ветер пробрался под одежду. Холодно!

Крыльцо академии освещали магические лампы, но они едва разгоняли чернильную мглу вокруг. Обычно аллея, ведущая к лесу, была хорошо видна, но сейчас я едва могла различить ее в темноте.

Поежившись, я пробормотала несколько рун и создала крохотного светляка. Бытовые заклинания давались мне все проще — наверное, оно свыклось с новой хозяйкой. А ведь если подумать, именно после того, как я отрезала волосы, память начала отзываться на мои приказы. Видимо, этим поступком я и правда словно сделала тело своим.

Вздохнув, я вытащила письмо. Пальцы успели закоченеть, и я надорвала конверт зубами. Вывалившаяся на ладонь записка оказалась совсем короткой. Поднеся ее к свету, я увидела всего несколько строк.

«Дорогая Амелия, я глубоко разочарован тобой. Ты обрезала волосы, посетила сомнительную вечеринку и завела неправильные знакомства. Мы увидимся на празднике, который состоится после выборов члена Совета, и я надеюсь, что к тому времени ты осознаешь, что такое поведение неприемлемо для дочери фидра».

Вот ведь!.. Я скомкала записку и сунула ее в карман, лишь в последний момент удержавшись от того, чтобы не запустить ее в горгулью, восседавшую на каменном крыльце. Бедная Амелия! С таким отцом и врагов не надо. Мог бы хотя бы из вежливости поинтересоваться ее делами. А «дорогая» на фоне всего остального текста и вовсе выглядело издевкой.

Я шумно выдохнула, пытаясь унять разрозненные мысли. Выходит, в академии у отца есть соглядатаи, которые докладывают о дочурке. И все же он не посмеет действовать открыто, ведь нельзя бросить тень на репутацию безгрешного фидра. Особенно теперь, когда на кону мой брак с Итаном Клиффордом. Отец попробует морально задавить Амелию, как и всегда. Но его ждет сюрприз: его дочь немного изменилась.

А вот известие о празднике меня не порадовало. Если в академии я освоилась, то весь остальной мир по-прежнему оставался чужим. А уж желания видеться с «родственниками» я и подавно не испытывала!

Резкий порыв ветра швырнул мне в лицо целый ворох колких снежинок. Фыркнув от неожиданности, я поправила воротник и уже направилась в академию, когда вдруг услышала странный звук. Такое ощущение, будто кто-то всхлипывал, находясь всего в паре шагов от настоящих рыданий.

Повинуясь порыву, я сбежала по ступенькам и обошла крыльцо. Горгульи таращились на меня каменными глазами, и в животе поселился неприятный холодок. Внутри всколыхнулась сила, а кончики пальцев закололо.

— Давай же, ну давай!

Знакомый женский голос заставил меня очнуться, и я поспешила на звук. Спустя несколько минут я нашла Изабеллу, бессильно привалившуюся к каменному крыльцу. Золотистые волосы, выбившиеся из прически, трепал ветер, а плащ был расстегнут. Девушка всхлипывала и дрожала не то от холода, не то от страха.

— Изабелла? — спросила я. — Что ты здесь делаешь? Все хорошо?

=54=

Увидев меня, Изабелла поспешно утерла слезы и запахнула плащ.

— Я в порядке, Амелия. Ты можешь идти.

Однако ее надтреснутый голос и вымученная улыбка говорили об обратном.

— Пойдем вместе, — предложила я. — Погода портится, и, мне кажется, вот-вот начнется метель.

Изабелла натянула на лицо высокомерное выражение.

— Я же сказала, что мне не требуется твоя помощь!

Именно такой я и увидела ее в первый раз в общежитии. Однако сейчас она больше напоминала потерянную девчонку, чем грозную аристократку.

Я пожала плечами.

— А мне кажется, что требуется. Ты же едва на ногах держишься!

Изабелла поджала губы. Проследив за ее взглядом, я поняла, что она смотрит на горгулью, ощерившуюся в хищном оскале. Невольно я вздрогнула. Пусть даже каменная, она впечатляла. А в сочетании с широким приплюснутым носом, нечеловеческими ушами и крыльями на спине и вовсе вызывала дрожь.

— Я не могу уйти, — глухо отозвалась Изабелла.— Завтра мне нужно сдать задание по пространственной магии, а у меня не получается. Я даже жалкий камешек не могу переместить!

Она отвернулась и спрятала лицо в ладонях. Сердце дрогнуло от жалости. Я хорошо знала, что такое отставать от сокурсников и чувствовать себя ничтожеством.

— Послушай, твоей вины в этом нет. Все мы разные…