И это было чистейшей правдой.

В паре со мной Герхильд заметно расслабился и вскоре уже двигался по льду вполне уверенно, точно гигантских размеров крыльями разрезая своим плащом морозный, весь в снежинках воздух. Вот только стоило мне попытаться его отпустить, как Скальде принимался сжимать мою руку ещё усерднее, не оставляя мне даже малюсенького шанса на освобождение.

Символичное вышло катание.

Мне-то, конечно, несложно помочь человеку и послужить для него опорой. Если б ещё от близости дракона не кружило голову и жар не приливал к щекам, груди и всему остальному.

Зато больше даже не вспоминала о холоде. Наоборот, очень скоро нам обоим стало жарко. И моя накидка вместе с плащом тальдена перекочевали на ограждение, а мы продолжили, выражаясь словами наследника, по-бестолковому развлекаться.

В какой-то момент нас нагло подрезала парочка подростков, в упор не замечавших других катающихся. В попытке избежать столкновения тальден резко затормозил. Не удержал равновесия и полетел вниз, увлекая меня за собой.

Взвизгнув, замолотила руками в воздухе. Тщетно. Мир перед глазами перевернулся. Я всё-таки упала, бесславно приземлившись магу на грудь. Вскинула голову, чтобы отстраниться, но замерла, в один миг утратив контроль над собственным телом. И разум тоже больше меня не слушался. Словно зачарованная смотрела в глаза Скальде, ловя в них своё отражение.

Серые, как предгрозовое небо. Стремительно темнеющее.

— Не ушиблись? — прошептал хрипло.

— Повезло упасть на вас, — ответила также тихо, а потом зачем-то брякнула: — У вас довольно удобная для приземления грудь.

— Рад это слышать, эсселин Сольвер. Хоть в чём-то я сумел вам угодить.

Секунду или две мы гипнотизировали друг друга взглядами. А потом я не выдержала, прыснула, и мы оба рассмеялись. Что было странно, непривычно и… немного пугающе.

Смеющийся, весёлый Ледяной? Не порядок.

Теперь уже Скальде помогал мне подняться, соблазняя сладкими, обжаренными с пряностями лесными орешками, которые он раньше заприметил на площади перед ратушей.

— Нашли-таки, чем выманить меня с катка.

— Можем остаться, — с невозмутимым видом пожал плечами тальден, будто действительно был готов хоть ночь напролёт упражняться в фигурном катании.

Но я сразу почувствовала подвох. И тот не заставил себя ждать.

— Только при одном условии: если вы и дальше будете так же очаровательно краснеть и смущаться, падая на меня.

Я вспыхнула. Краснеть и смущаться? А вот фиг тебе!

Проклятье, Аня! Первая с конца, первая с конца. Ты же об этом мечтала.

А не о том, чтобы после одного несчастного свидания превратиться в первую, мать его, с начала!

— Орешки — звучит замечательно, — выцедила из себя, злясь на Его Издевательство, бессовестно воспользовавшегося моей слабостью, только чтобы поскорее покончить с катанием.

Дракон-манипулятор.

Пришлось успокаиваться и утешаться орешками, которые и правда оказались безумно вкусными. Горячими, ароматными. А есть их, сидя на скамейке неподалёку от сцены, на которой бродячая труппа давала очередное представление, было вдвойне приятно.

Жаль, нам мало что было видно из-за толпившихся у подмостков зрителей. Увлёкшись игрой артистов, я старательно тянула шею и не сразу расслышала слова Скальде. А когда до меня дошёл смысл сказанного, вздрогнула и недоумённо покосилась на мага.

— Вижу, вы отчаянно боретесь с привязкой, и мне жаль, эсселин Сольвер, что вам приходится проходить через испытание магией. Всем алианам. Могу себе представить, каково это.

Вряд ли. Для этого надо уметь чувствовать хотя бы что-то.

Вслух же сказала:

— Если честно, я её уже ненавижу, — поморщилась, как будто мне зуб только что прострелило. — С ней я — не я. Да и вам, разве оно надо? Не хотели бы, чтобы одна из невест, постепенно вас узнавая, начала испытывать к вам искреннее чувство? А не навеянное магией тагр знает что.

Отправив в рот очередной орешек, тальден передёрнул плечами:

— Я такой же заложник традиций, как и вы, эсселин Сольвер. Думаете, мне приятно видеть, как, оказываясь со мною рядом, алианы превращаются в безвольных, ведомых кукол?

— А разве не приятно? — хмыкнула. — Почему бы тогда не отказаться от привязки?

Теперь настала очередь Скальде коситься на меня с недоумением. Я тут же прикусила язык, поняв, что снова ляпнула что-то не то. А всё из-за пробелов в знаниях здешней истории и традиций.

— Хоть вам и внушают с детства, что в будущем вы станете жёнами тальденов, многие страшатся отбора, свадьбы и, особенно, брачной ночи. Того, что не смогут принять силу мужа. Наши предки считали, что магия способствует сближению жениха и невесты. Когда помолвка разрывается, развеиваются и чары. В случае с ари привязка уходит постепенно, уже после брачного ритуала.

О времена, о нравы.