Я шумно сглотнула. Ну ладно я под наливкой, мне простительно немножко сходить с ума. А он, стесняюсь спросить, под чем?

— Разве это не противоречит правилам отбора?

— Разве вы не из тех, кто любит нарушать правила? — ответный выпад, и ладонь медленно, лаская, опускается мне на шею. Пальцы, чуть щекоча, перебирают волосы на затылке. Ещё немного и я, взяв пример со Снежка, зажмурюсь и замурлычу как кошка. Только не снежная — огненная.

— А вы? — шепчу.

Неосознанно тянусь к нему. К своему вельможному жениху, вместо ежевичной наливки пожелавшему «продегустировать» мои губы. Искусанные, приоткрытые покорно, опаляемые горячим дыханием. Которое, смешавшись с моим, на короткий миг превратилось в одно на двоих.

А потом…

— Ваша Утончённость! — раздался громкий вопль из смежной со спальней комнаты. — Ваша Утончённость, к вам тут эссель Тьюлин!

Убью гадину. Не Мабли, конечно, так вовремя меня предупредившую. Служанке маленький плюсик в карму. А вот вредную сваху, примчавшуюся блюсти мою честь и не позволить ещё больше понизиться уровню моей нравственности, пусть за это черти вечно жарят на сковороде!

Как ни странно, несмотря на всё выпитое, среагировала я быстро. Даже быстрее Скальде, не спешившего выпускать меня из объятий. Ему-то, впрочем, чего волноваться и торопиться. Из нас двоих это ведь не он невинная юная дева, которой строго-настрого запрещено принимать жениха у себя в спальне. Да ещё и оставаться с ним тет-а-тет. Да ещё и, умирая от страсти, с ним целоваться.

Оттолкнув от себя мага, птицей подлетела к камину, кулем рухнула на мягкую шкуру. Дрожащими пальцами подцепив шаль, натянула её на плечи. Замерла, чувствуя, как губы, едва ощутившие прикосновение его губ, пылают. А с ними и щёки и что-то в груди, какой-то огненный шар, разрастаясь, неудовлетворённым желанием сжигает меня изнутри.

В то время как Его драконистое Великолепие, буквально вытряхнувший из меня душу своим неожиданным появлением и этим своим безапелляционным «хочу», выглядел спокойным и совершенно невозмутимым.

Чёртова ледяная глыба.

В дверях нарисовалась красная, как помидор, эссель Тьюлин. Почтенная дама тяжело дышала (явно бежала сюда, спотыкаясь и падая) и очень напоминала готовящийся отчалить от пристани пароход. Казалось, у неё из ушей и из ноздрей тоже вот-вот пар повалит.

— Вы что-то говорили про последнее издыхание, эсселин Сольвер. Вам настолько плохо? — успешно делая вид, будто явился сюда исключительно чтобы справиться о моём здоровье, ни за чем большим, вежливо поинтересовался тальден и стрельнул в кьёрда недобрым взглядом.

Обиженно мяукнув, котёнок поспешил спрятаться под кроватью. Только про хвост доморощенный маскировщик забыл, и теперь тот нервно подметал прикроватный коврик, выглядывая из-под тёмной бахромы покрывала.

— Мне уже намного лучше, Ваше Великолепие, — поспешила отвести удар от своего питомца и взгляд на всякий случай тоже отвела. — Это я просто так сказала, ведь эррол Хордис утверждает, что после укуса кьёрда положено серьёзно болеть как минимум дней десять.

— Рад, что вы так быстро поправляетесь, — дежурно отозвался Герхильд, прежде чем эссель Тьюлин громко зачастила:

— Ваше Великолепие, а я вас повсюду ищу! — растянула губы в фальшивой, кислой, как перебродившее вино, улыбке. — У вас ведь сегодня свидание, не забыли? Невеста ждёт.

— Вашими стараниями, эссель Тьюлин, даже если захочу, не сумею забыть, — мрачно покосился на неё наследник.

— Тогда прошу, — поклонилась так пекущаяся о моей репутации сваха, ненавязчиво указывая дракону на дверь.

Но вместо двери тальден направился ко мне. Пришлось подниматься, хоть ноги не держали, и кутаться в шаль, как в спасительную броню.

— Эсселин Сольвер, я надеюсь завтрашний вечер провести с вами, — во всеуслышание заявил Скальде, спровоцировав внутри меня очередное цунами вселенского масштаба.

У меня тут за пару минут, проведённых с ним, чуть сознание не помутилось. А если за целый вечер…

— Но эсселин Сольвер ещё очень слаба, — багровея, осмелилась вякнуть императорская сводница.

— Поэтому, чтобы эсселин Сольвер не утруждала себя сборами, свидание проведём здесь, в её покоях.

— Но… А? — опешила распорядительница и лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд сумела из себя выдавить: — Но ведь так не положено!

— Эсселин Сольвер, вы не против? — расшаркался напоследок истребитель моих нервов, полностью проигнорировав стенания придворной дамы.

— Я-а-а… — Я тоже пребывала в шоке, а потому ничего более вразумительного сказать не смогла.

Но Его Великолепию и этого оказалось достаточно. Посчитав моё мычание выражением радости по случаю грядущего свидания и абсолютного с ним согласия, маг невозмутимо резюмировал:

— Что ж, тогда завтра ужинаем вместе. Доброго вечера, эсселин Сольвер.

— Э-э-э… я-а-а… — попрощалась с ним как могла.