- Не без этого, но для женщин у меня там мостки каждые пять лет обновляют, опасные места каждый год помечают, а охотники – народ привычный, внимательный, за ягодками не пойми куда не полезут. Другие же с детства знают, где можно гулять, а где не стоит.

- А чем сейчас город живёт? Вы сказали, что он даже разросся.

- Разросся, - лорд совершенно неожиданно лукаво посмотрел на девушку, - а вы не почувствовали никаких запахов, пока мы ехали?

- Запахи? - Нина давно уже училась не внюхиваться, а абстрагироваться от запахов, иначе жить было невозможно. Она потянула носом воздух и неожиданно задохнулась. Среди запаха дороги, трав, которые росли по бокам, ударил с ног сшибающий аромат цветов.

- Цветы, много цветов, - выдохнула она и без напряжения, ещё раз вдохнула. Хороший запах, чуть убавить интенсивность – и цены ему не было бы!

- Да, цветы. Жаль, что мы подъезжаем с другой стороны, - посетовал лорд, - поля фиалок, фрезии, пиона, ландыша, апельсиновые деревья, жасмин и куда же без розы! Поначалу что-то росло само, полянками, что-то осталось от любительниц цветов, были у нас такие женщины. Одно время прямо бум был на жасмин, новые сорта вывели, разные запахи сумели получить, жили продажей засушенных цветков. Я тогда много путешествовал, искал, чем можно занять рынок, чтобы доходы вернуть после осушения болота, и приметил, что в цене пахучие масла. Причём грамм золота стоил меньше грамма масла. Начал с жасмина и фиалок, не прогадал. Теперь вот зерно, овощи, фрукты выращиваем только для себя, а цветочные поля посадили для получения масла и продажи цветов.

- Так у вас тут парфюмерная фабрика? - опешила Нина.

- Не совсем, ну, то есть, у меня есть люди, которые получают масла при помощи жира и использовании специальных перегонных аппаратов (прим.авт. похожи на самогоноварочные аппараты), а дальше мы продаём полученное в столицу. Чтобы самим делать духи, у нас не хватает разнообразия запахов. Мой сосед, например, получает душистое масло только из лаванды. Он её ещё и засушенной продаёт, но мне не нравится её запах, хотя должен признать, что синие поля – это красиво.

Нина слушала и удивлялась: ну надо же, как свела их судьба. Всё-таки подобное притягивается к подобному. Неизвестно, будет ли польза для неё, перспектива проявить себя в парфюмерии, но находится рядом с человеком, придающим большое значение запахам, для неё радость. Лорд – фанат чистоты, и для него важно знать, что от него пахнет либо приятно, либо никак.

Девушка хотела побеседовать на близкие ей темы, о запахах, о торговле, но Имрич показал рукой вперёд и увиденное заставило её не только замолчать, а потерять мысль.

Они подъезжали к огромному дому, возможно, переделанному замку, но оставшемуся без ограды. Почему-то Нина, опираясь на то, что одет лорд добротно, но небогато, не задумывалась о его жилье. Она полагала, что он владелец небольшого дома, конечно, больше крестьянского, но не значительно, а перед ней – чуть ли не дворец. Господи, там, наверное, сотня слуг! Она с опаской посмотрела на Имрича, а он, неверно поняв её, принялся успокаивать:

- Не волнуйтесь, Нина, мы уже давно не воюем и нет нужды воздвигать валы и стены. Граница далеко, а если что-то случится, то нынешние армии никакая стена не остановит, придётся прятаться жителям в болоте.

Девушка с трудом отвернулась от приближающегося дома, не сразу сообразив, что Имрич оправдывается, ведь он уверен, что она принцесса.

Через силу улыбнулась и решила, что умнее будет помолчать. Пусть думает, что хочет. А ей предстоит сдача экзамена перед новыми людьми, которые вынуждены будут ей подчиняться.

Надо настроить себя на позицию «начальник-подчинённый», так будет спокойнее. Имрич ведь ведёт себя похоже, только он решает вопросы, касающиеся не исключительно работы, но и лезет в личную жизнь. Нина видела, что старик купил в столице новые сапоги слуге, запретил ему куда-то ходить там. Значит, ей тоже надо будет быть внимательнее к слугам, не отстраняться от них.

"Господи, ну почему всё так сложно!" – воскликнула она в душе. Лезть в личное пространство и следить за моральным обликом, по её мнению, неприлично, а по-здешнему означает проявлять равнодушие, если не делаешь этого.

"Я справлюсь, я справлюсь, - убеждала она себя, - да что ж у вас тут всё не как у людей!", - тут же вылезало раздражение, хотя ещё никто ничего от неё не требовал, но Нина накрутила себя прилично. Забытое чувство, когда на работе в первый свой год нельзя было ошибаться, а некоторые коллеги так и норовили подставить, создать неприятности, снова возникло. Нужно соответствовать, а опыта нет, хотя делаешь вид, что его в избытке. Она выдохнула.

"Ничего, по чуть-чуть, маленькими шажками буду осваиваться, пусть сочтут меня за нелюдимую, а я присмотрюсь", - приняла она решение и смогла успокоиться.