Дождавшись Бетти, принялась за приготовление леденцов. Я не стала мудрить и сделала по самому простому рецепту: на двенадцать столовых ложек сахара добавила четыре столовых ложки воды и полторы чайной уксуса. Всё это довела до кипения и варила до нужной нам консистенции и цвета. Для того чтобы леденцы получились гладкими и прозрачными, массу лучше не размешивать. Пока я готовила сахарный сироп, Гвен с Амелией смазали сливочным маслом тарелки, на которые мы будем разливать наши леденцы. Когда сироп бы готов, я аккуратно стала разливать маленькие кругляши по тарелкам, поручив Бетти на эти лужицы класть принесённые ей палочки.

Все находящие на кухне смотрели на меня в недоумении, не понимая, что я вообще делаю, и только Амелия смотрела с восторгом и полной уверенностью в моих действиях. Спустя минут пятнадцать, проверив на прочность леденец, я сняла его с тарелки и засунула к себе в рот. Сначала леденец поделился вкусом сливочного масла, а после стал сладким и невероятно вкусным.

— Держи, — вручила Амелии стеклянную конфету, она тут же лизнула его и зажмурила глаза от удовольствия.

— Берите, не стесняйтесь, это вкусно, — девушки подходили к тарелке и, взяв по одному леденцу и распробовав его, удивлялись и радовались как дети.

— Вот эти берём с собой, а остальные, Алма, вручи Аллистеру и Бертрану. Ужин сегодня принесите, пожалуйста, в комнату.

Ещё час мы играли с Амелией, кидая клубки в корзинку, потом вступили в бой подушками и прекратили только после того, как нам подали ужин.

Он был, как всегда, очень вкусным: запечённая рыбка, к ней на гарнир отварной рис и тушёные овощи, булочки и прочую выпечку на ужин старались не есть.

До самого сна мы оставались в комнате, вязали нового мишку, слушали истории про любовь в исполнении Салли, потом долго плюхались в ванне, делая из мыльной пены башенки, и уставшие, но довольные завалились спать.

Ещё не подозревая, что завтра с утра меня ждёт «веселье».

Глава 54.

— Амелия, я знаю, что ты проснулась, видела, как открыла глазки... Ах так! Значит, не хочешь вставать... Ну ладно, сама напросилась, — залезла к ней на кровать устроив забег тараканов по её спинке.

— Вилия, хватит! — хихикая, отбивалась Ами. — Ты хорошая, — подорвался ребёнок и, обнимая, прошептал, — я люблю тебя.

— И я люблю тебя очень-очень, а теперь быстро умываться и завтракать, а то все розовые оладушки съедят без нас.

— А откуда ты знаешь, что Алма приготовила розовые оладушки?

— Мне по секрету рассказала Салли.

Когда мы были уже готовы встречать новый день, в дверь постучали. Получив разрешение, вошли Маргарет и Зои.

— Леди Вилия, леди Амелия, доброе утро.

— Доброе утро.

— Ваша светлость, мне нужно вам рассказать о вчерашнем разговоре, случайными свидетелями которого оказались я и Зои.

— Зои, принеси завтрак для леди Амелии сюда. Салли, не покидать комнату до моего прихода. Ами, останься здесь, я быстро поговорю и вернусь, — распорядилась.

— Хорошо, Вилия, — нет, ну какой послушный ребёнок, другой бы на ее месте мог закатить истерику.

— Умничка! Маргарет, пройдёмте в кабинет, Аллистер в замке?

— Да, он уже позавтракал вместе с Давидом, потом они час провели в подвале. После чего мсье Аллистер почти вприпрыжку ушёл в кабинет. Честно говоря, я никогда его таким не видела, — Маргарет находилась под впечатлением от зрелища и не смогла не поделиться.

Наверняка Давид снова смастерил что-то невероятное из смолы, вот Аллистер и радуется.

Обсуждая поведение управляющего, мы добрались до кабинета, по дороге нам, к счастью, никто не встретился.

— Добрый день, Аллистер, можно мы воспользуемся вашим кабинетом?

— Конечно, леди Вилия, что-то случилось?

— Вам ещё не донесли, Бертран или Жак ничего не рассказали?

— Я вчера очень поздно вернулся, отправил мыло и ваш крем в лавку на продажу. А сегодня рано встал, позавтракал и сразу в подвал. Леди Вилия, Давид столько украшений сделал и каждое по-своему великолепно! Ещё день в таком темпе и можно выкладывать в лавке для примера.

— Отличные новости, Аллистер, но давайте позже вернёмся к этому обсуждению.

— Разумеется, леди Вили. Так что вчера произошло, я надеюсь, никто не пострадал?

— Пока нет, и это я позже расскажу, сейчас я хочу услышать Маргарет, — подала знак, что можно начинать.

— Леди Вилия, я и Зои вчера поздно вечером случайно стали свидетелями разговора леди Офелии и мадам Греты. Я проверяла состояние соседней комнаты, окна в сад были открыты и всё очень хорошо слышно. Сначала леди Офелия называла вас выскочкой и хамкой... Простите, леди Вилия.

— Продолжай, Маргарет, это неважно.

— Мадам Грета с ней соглашалась. После леди Офелия стала выговаривать мадам Грете, что она не должна была так надолго задерживать Салли в замке. Если бы горничная вернулась к девочке быстрее, то Амелия не заболела бы так сильно. Мадам Грета оправдывалась, что не она виновата, а Агнес. Потом леди Офелия снова вас называла разными нехорошими словами, можно я не буду их повторять?

— Можно.

— В конце разговора леди Офелия пожаловалась, что у неё до сих пор болит горло из—за какой-то дряни, которую она вынуждена была выпить, чтобы изобразить предсмертный хрип. Дальше мы слушать не стали, они перешли к обсуждению бального платья для леди Офелии.

— Спасибо, Маргарет, можешь идти, прошу тебя никому пока не говорить об услышанном, хорошо?

— Конечно, ваша светлость! Разрешите идти?

— Да, и позови, пожалуйста, в кабинет Бертрана.