— Салли, мне нужно точно знать до минуты, что ты делала, когда оставила Амелию.

— Леди Вилия, извините меня, — произнесла Салли.

— Не начинай! Просто расскажи всё, я жду.

— Мы были у пруда, к нам подошла леди Офелия, она молча сидела в беседке. Я её сразу не заметила, играли с леди Амелией. Но как только увидели, кто рядом, я тут же позвала леди Амелию вернуться в замок, — Салли стала успокаиваться, и голос перестал дрожать. — Но после моих слов леди Офелия захрипела, лицо стало синим. Я схватила девочку за руку, хотела бежать за помощью, но её светлость прохрипела, что я не успею с ребёнком добежать до замка. И что она задыхается и сейчас умрёт.

Девушка, сделав короткую паузу, продолжила:

— Леди Вилия, я побежала так быстро, как будто за мной гнались. Надеялась в холле встретить мсье Бертрана, но там его не оказалось. Тогда я побежала на кухню, по пути встретила мадам Грету и Агнес, им-то я и сказала, что их хозяйке плохо. Агнес тут же ушла на помощь, а мадам Грета стала задавать вопросы о том, что произошло.

Я пыталась сказать мадам Грете, что должна идти, но бывшая экономка держала меня за руку и всё спрашивала и спрашивала, — у Салли в глазах стояли слёзы, чтобы как-то успокоить девушку, я погладила её дрожащую руку.

Мне было жаль девушку, но себя и Амелию — больше, и сейчас необходима полная информация о том, что здесь всё-таки произошло. Слушая Салли, понимала: всё не так просто.

— Когда я наконец-то избавилась от мадам Греты и побежала к девочке, в холле меня перехватила мадам Агнес и тоже засыпала вопросами о состоянии леди Офелии. Её я не боялась и, вырвав руку, выбралась в сад. А там увидела леди Амелию в воде, у меня чуть сердце не выпрыгнуло от страха, я думала, она утонет. Добралась до девочки, вытащила из воды и тут же ушли в комнату. Там я переодела её, погрела в тёплой воде ножки и укутала, но, видимо, всего этого было недостаточно, и маленькая леди заболела, — к концу своего рассказа Салли разрыдалась, пришлось встать и подать ей стакан с водой.

— Успокойся, сейчас всё хорошо, Ами выздоравливает.

— Леди Вилия, я так её боюсь, — сквозь рыдание прошептала Салли.

— Кого? Леди Офелию?

— Нет, мадам Грету, она несколько раз за проступок била горничных розгами, у бедной Литы шрамы так и не прошли.

— Понятно, не бойся, тебе она ничего не сделает, я не позволю, — произнесла, тяжело вздохнув.

За всё время нашего разговора Амелия так и не проснулась, и я поспешила проверить, как она. Ребёнок спал, развалившись звёздочкой по кровати, и улыбался во сне. Присев рядом с ней, любовалась этому маленькому чуду до тех пор, пока не услышала стук в дверь. Не было ни сил, ни желание покидать малышку, но надо идти, и, поправив одеяло и прикрыв за собой двери комнаты, я вышла к пришедшему Бертрану и Жаку.

— Леди Вилия, добрый день, мы обыскали замок, Марики в нём нет.

Почему—то этот вариант развития событий и предполагала, а слова Жака подтвердили мои мысли.

— Я так и думала, Жак, выяснили у слуг, когда её последний раз видели?

— Почти все горничные и Алма утверждают, что видели её последний раз сразу после того, как леди Амелия заболела.

— Понятно, вы отправили проверить, появлялась ли она у своих родителей?

— Да, леди Вилия, отправил ребят. Вы можете рассказать, что она сделала?

— Я сейчас расскажу всё, что узнала и поделюсь своими подозрениями, а вы потом подскажите, правильно ли я поняла или заблуждаюсь.

— Слушаем, леди Вилия.

Моё повествование длилось целый час, рассказала о своей встрече в зимнем саду, пересказала историю Салли, до моих предположений не успели дойти — проснулась Амелия.

— Вилия! Ой, дядя Жак, и вы здесь, — растерялся ребёнок при виде такого количества гостей у нас гостиной, но удивление длилось недолго.

— Смотри, дядя Жак, это Мия, мне её Вилия подарила, а это лошадка и котик, — Ами начала показывать капитану все свои немногочисленные игрушки, рассказывая о них невероятные истории. Надо отдать должное, капитан стойко выдержал это маленькое цунами. Задавал уточняющие вопросы и, по-моему, был очень доволен. Надо узнать у Алмы, женат ли капитан, если нет, ему точно стоит обзавестись супругой и детками, общаться с которыми он любит, и у него это здорово получается.

— Амелия, иди переоденься, мы сходим с тобой проведать Бонни, кататься ещё рано, но угостить яблочком лошадку можно.

— Бегу! Салли, поможешь мне? — и как только за девочкой закрылась дверь, мы продолжили.

— Леди Вилия, это чудовищно, ведь это же ребёнок! Если всё это действительно так, надо что-то делать! — возмущённо произнёс Жак. Я была с ним согласна. А взглянув на лицо Бертрана, честно признаться, испугалась: челюсти дворецкого были сжаты, а в глазах мелькали жёлтые всполохи.

— Знаю, Жак, но доказательств их причастности нет, есть только свидетель поступка Марики, но и она исчезла.