— Нет, смена через три дня, просто был небольшой отпуск после интенсивной командировки, — рассказывать маме о том, что я чуть не умерла и не выходила на смены по рекомендации врачей, я не стала. Сказала только, что у меня случилась транзиторная ишемическая атака, но, по мнению специалистов, последствий, скорее всего, не будет — просто в будущем повышается риск проблем с сердцем и повторной такой атаки.
— Тогда, конечно, приходи послезавтра. Кстати, у моей знакомой из той больницы, где я лежала, сын вернулся из Франции, там учился! Я сказала, что у меня дочка есть, тридцатидвухлетняя, незамужняя, с хорошей работой и ответственно относится к деньгам. У него, конечно, европейские взгляды на жизнь, но тебе после Оскара не привыкать, да и выбора в таком возрасте мало. Пойдёшь, дочка?
Видимо, во мне что-то отбилось — слова мамы не вызывали никаких чувств на фоне мыслей о будущем, стабильности и доходе. Даже комплименты, которые у неё почему-то между делом звучали как оскорбления, больше не задевали.
— Ну пойду, — сказала я, принимая решение для себя.
Не понравится — уйду. А вообще, пора регистрироваться на сайте знакомств, это точно поможет мне быстрее забыть про мужчину-сказку — Джина.
***
Дорогие читатели, добро пожаловать во вторую часть "Хранителей Тории", спасибо что заглянули!
Первая часть доступна по ссылке:
Как всегда, ваши комментарии вдохновляют меня и придают силы продолжать. Мне очень важно ваше мнение — о героях, сюжете и книге в целом.
Если Вы хотите поддержать автора и эту книгу, пожалуйста, добавьте книгу в библиотеку, поставьте "Мне нравится" и подпишитесь на автора. Это очень-очень важно для книги и для автора. Спасибо!
Глава 1.2. Контроль над своей жизнью
— Мистер Ятогами встретится с вами через полчаса, но перед этим я хотела сказать, что он уже переговорил с Джином Робертсоном и тот согласился продолжить работу на тех же условиях, что и раньше, — Марго сидела прямо передо мной и даже великодушно принесла чай, но я прекрасно понимала, зачем она здесь.
Им не хотелось, чтобы я жаловалась, наводила смуту, хотя именно я, Джин и Крис тогда чуть не погибли, и было очевидно, что руководство старается максимально замять ситуацию. На корпоративную почту, доступ к которой у меня был с телефона, не пришло ни единого письма о случившемся, зато я заметила, что Юсэй частенько бывал онлайн.
Значит, его не уволили…
Конечно, никаких доказательств того, что виноват именно он, у меня не было. Помимо Юсэя ответственным был и хемоинформатик с английской стороны, — Джонатан, да и Дитер должен был внимательно следить, чтобы они не косячили… Просто я так чувствовала, наверное.
Но чувства не равны реальности, как я уже поняла после разговора с Джином.
— И что же, Джин Робертсон не задал никаких вопросов? Условия прям точно остались прежними?
— Я не могу говорить вам о том, что рассказал мне мистер Робертсон, думаю, вы и сами понимаете, — сладко улыбнулась менеджер по персоналу. — Но могу уверить, что по окончании разговора он ушёл с теми же условиями, с какими пришёл.
— А я собираюсь просить изменений, — прямо сказала я.
Не столько потому, что после произошедшего риск, на мой взгляд, стал намного выше, особенно если они считают случившееся в Лондоне нормой, сколько из-за появившейся у меня силы. И теперь я хотела зарабатывать если не столько же, сколько Джин, то хотя бы не намного меньше.
Конечно, это означало дополнительную опасность, но такой шанс изменить свою жизнь раз и навсегда я упускать не собиралась.
— Каждый работник организации важен для нас, но вы же понимаете, что ваше участие не настолько критично, как участие мистера Робертсона? И он уже готов работать на этих условиях…
Вроде в психологии для этого даже было какое-то название — когда тебя убеждают, что ситуация нормальна, потому что кто-то другой, очень ценный и важный, её уже принял.
— Я бы хотела обсудить это лично с мистером Ятогами, Марго, если вы не против, — я тоже улыбнулась девушке, и та на секунду перестала улыбаться. Впрочем, она быстро взяла себя в руки.
***
Мне кажется, или наш начальник помолодел?
Идзумо Ятогами был из тех мужчин, чей возраст не портит внешность, а словно доводит её до законченного состояния, но сегодня мне показалось, что ему не больше пятидесяти. Ни дряблой кожи, ни старческой сутулости, ни единого волоска, выбивающегося из стильной причёски и бороды. В его глазах появился какой-то жгучий интерес, которого раньше я не замечала никогда, и, увидев меня, он разгорелся ещё сильнее.
Что случилось?
— Присаживайтесь, Рэй Морикава, — он указал на кресло, дождавшись, пока я устроюсь, и почему-то от этого внимания я почувствовала себя не в своей тарелке. — Мне передали, что вы желали обсудить со мной произошедшее в Лондоне? Я тоже хотел бы поговорить об этом с вами.