Его уверенность можно было бы принять за самодовольство, но мой отец — один из лучших воинов, которых я когда-либо знал.

Он просто говорит правду.

— Сегодня мы одержали победу.

— Да, я уже слышал.

Стоит мне отстраниться, как я замечаю Зандера.

Он сидит на троне моего отца. Его голова опущена, а иссиня-чёрные волосы скрывают лицо. На нём тёмно-синяя рубашка с золотыми пуговицами и брюки из чёрной кожи.

Я склоняю голову набок.

Странно видеть его в одежде Царства Ночи.

В руках он держит корону и медленно вертит её, проводя пальцами по светлым драгоценным камням и узорам, выгравированным на золоте, словно запоминает их на ощупь.

Интересно, хочет ли он быть королём или воспринимает корону как тяжёлое бремя.

Он мог бы позволить своей матери править в одиночку, но я сомневаюсь, что народ стал бы уважать фейри-человека. Дискриминация по-прежнему остаётся серьёзной проблемой в Царстве Дня, а наличие особых способностей там во многом определяет общественное положение.

Насколько мне известно, у Роуэн их нет.

Если подумать, я даже не знаю, в чём заключаются фейрийские способности Зандера. Возможно, у него их тоже нет. В конце концов, он унаследовал оливковую кожу и тёмные волосы своей матери. Отсутствие способностей объяснило бы, почему отец не хотел, чтобы он участвовал в физических стычках.

— Наша победа стала для них поражением. — Отец бросает обеспокоенный взгляд на Зандера. — Очень серьёзным поражением.

— Можешь объяснить подробнее?

— Я бы не смог победить без помощи Зандера.

— История повторяется, — печально добавляет мама, прижимаясь к отцу. — Моего брата постигла та же участь, что и моего отца. Зарида убил собственный сын.

Я удивлённо приподнимаю брови.

— Зандер убил Зарида?

Отец кивает.

— Зандера сегодня вообще не должно было там быть. Ты же знаешь, Зарид никогда не позволял ему сражаться.

Знаю. Это одна из причин, по которой я так редко виделся со своим кузеном. Зарид правил королевством железной рукой, и это касалось даже его собственной жены и сына. Они были словно пленниками, находившимися под постоянным контролем.

— Из ниоткуда налетел грифон, — продолжает отец, и его светло-голубые глаза расширяются от ужаса. — Все были настолько заняты сражением, что не заметили его, пока не стало слишком поздно. Он устремился прямо к Зариду. Он… одним укусом откусил ему голову. Полностью обезглавил.

Его слова окончательно сбивают меня с толку.

— Талон? — спрашиваю я, немного встревоженный тем, насколько сильно это потрясло отца.

Мало что способно вывести его из равновесия, а значит, случившееся было действительно серьёзным.

Отец озадаченно хмурится.

— Кто?

— Грифон Дэймона, — уточняю я. — Единственный грифон, о котором я знаю. Большой клюв, белые крылья, тело льва.

— Нет. У этого были чёрные крылья, и он не был домашним животным. Это был Зандер.

Подавившись воздухом, я закашливаюсь.

— Что, прости?

— Зандер. Когда всё закончилось, он вернулся в человеческий облик — голый, словно в день своего рождения, и покрытый кровью отца.

Ни хрена себе, как сказала бы Куинн.

— Он умеет превращаться?

— Судя по всему, в грифона. — Отец кивает. — Я никогда не слышал, чтобы подобная способность встречалась у фейри.

— Я тоже.

— После того как Зандер вернул себе облик фейри, он приказал своим людям отступить. Затем помог нам разыскать похищенных подданных. Во всей этой истории именно он настоящий герой.

— Вот почему на нём наша одежда, — заключаю я, с новым пониманием глядя на кузена. — Пойду поговорю с ним.

Подойдя к Зандеру, я внимательно его рассматриваю. Большую часть крови отца он уже смыл, и лишь на шее и ушах остались тёмные следы. Его плечи опущены, и я испытываю к нему сочувствие. Какими бы тяжёлыми ни были его отношения с отцом, ему наверняка было нелегко совершить то, что он сделал.

Я и сам мог бы остаться наедине со своей виной и печалью.

Так бы и произошло, если бы не Куинн.

— Король Зандер, — официально приветствую я кузена, садясь рядом с ним на свой трон. — Я не могу выразить словами, насколько благодарен вам за всё, что вы сделали для моего королевства. Мы у вас в долгу.

— Нет, король Киаран, — бесстрастно отвечает он. — Вы мне ничего не должны.

— Должны, — настаиваю я. — Я благодарен вам за вашу храбрость и принесённую жертву.

— Без обид, но отца я убил не ради тебя. — Наконец он поворачивается ко мне. Его золотистые глаза расфокусированы так же, как ещё совсем недавно были расфокусированы мои.

Но в их глубине я замечаю облегчение.

Я принял его позу за раскаяние, но теперь понимаю правду.

— Ты настолько сильно его ненавидел?

— Да. Но я сделал это не ради себя. Я сделал это ради матери.

— Королева Роуэн попросила тебя?