Здесь, в поясе «Z», было пустынно, как на Плутоне, – идеальное место для такого мелкого жулика, как Шрам, чтобы устроить себе убежище. Мелкого? С поясом-удвоителем Шрам очень скоро станет крупным игроком. Он будет красоваться на первых полосах газет, а Космическая полиция каждый раз будет становиться с ног на голову, пытаясь его поймать, – ведь у него всякий раз будет безупречное алиби.

Два часа спустя корабль бандитов свернул в зону «Z» и наконец пошёл на снижение над крошечным астероидом – каких-нибудь полмили в поперечнике. Внизу виднелся замаскированный купол, расписанный зигзагообразными полосами. Я мог бы его не заметить, если бы не увидел, как Шрам совершил посадку рядом с ним. Держась так, чтобы горизонт астероида скрывал меня от него, я сел на противоположной стороне.

На этом этапе, пожалуй, стоило бы ретироваться и вернуться с полицией. У нас и так уже было достаточно улик против Шрама, чтобы привлечь его к суду хотя бы за мелкую кражу и как минимум вернуть пояс.

Но я не улетел. Я чувствовал себя вполне уверенно. Пояс-удвоитель отлично работал, и мне хотелось довести дело до конца. Бояться мне было нечего. Я встречусь со Шрамом лицом к лицу. Если попадусь в беду – щёлк! – и меня уже нет. Идеально. Я могу поразвлечься, а потом спокойно вернуться к своему кэбу, целым и невредимым.

Я влез в штатный скафандр, хранившийся в космомобиле, и пешком прокрался к куполу. Магнитные подошвы не давали мне слишком высоко подпрыгивать в условиях слабой гравитации.

Купол оказался старым заброшенным шахтёрским постом – руду здесь добывали до тех пор, пока астероид не перестал приносить хоть какую-то прибыль. Шрам подлатал шлюз и поставил аэротермическую установку. Отсюда он мог совершать вылазки по всему Поясу астероидов, где обосновались богатейшие люди и корпорации Солнечной системы.

Осторожно осмотревшись через прозрачный участок купола, я проскользнул внутрь. Двойные гермодвери противно скрипнули, но из главного здания никто не выбежал. Я пробрался к окну и заглянул внутрь.

Там было трое, но кто же третий? Затем я увидел, что двое из них – это Шрам. Он уже тренировался с поясом, а Шиз наблюдал за ним с несколько озадаченным видом. Шрам Первый курил венерианскую сигару, а Шрам Второй выхватил пушку и принялся собирать воображаемую добычу.

– Идеально! – хохотнул он. – Шиз, мы озолотимся. «Где вы были в ночь на такое-то число, когда обчистили Банк Сол?» – «Как где, Ваша честь, дорогой мой? Я сидел в клубе «Комета», никому не мешал, потягивал прохладительное с офицером Джонсом, который в тот вечер был не при исполнении. Неужели нельзя оставить человека в покое и дать ему шанс встать на путь исправления?»

Шрам закончил эту маленькую сценку мерзким смешком.

– Видал, Шиз?

– Ага, – оскалился Шиз. – Когда начинаем?

– Прямо сейчас, – ответил Шрам. – Ночь уже поздняя, так что для пробы провернём одно дельце на Церере. Для начала, пожалуй, обчистим дом какого-нибудь богатого олуха.

Девятый вал преступности в лице одного человека готов был захлестнуть космос, и остановить его мог лишь я, таксист Джо Лейк. Я быстро соображал. Если добраться до аэротермической установки и отключить её, эти два громилы начнут хватать ртом воздух, как выброшенные на берег рыбы.

Я повернулся и растянулся во весь рост.

В темноте я споткнулся о какие-то старые шахтные трубы. Удар едва не лишил меня сознания, а шума я наделал столько, что его, наверное, услышали бы даже на Сатурне.

Едва я поднялся, меня ослепил конус света из радиевого фонаря. Прямо в лицо уставилось нечто, чрезвычайно смахивавшее на пушку.

– Ни с места, придурок! – скомандовал жёсткий голос Шрама. – Так это ты, таксист? Проследил за нами, значит? Молись, мистер…

Он был готов пристрелить меня на месте. Я чуть не рассмеялся ему в лицо. Он не знал, что я раздвоился. Не знал, что мне достаточно щёлкнуть переключателем на поясе – и я окажусь вне его досягаемости, далеко отсюда, на Церере, развозя пассажиров. А потом смогу немедленно вызвать полицию.

Я щёлкнул тумблером. Ничего не произошло – точнее, произошло, да только не то. Я по-прежнему смотрел прямо в дуло пушки. Я снова стал единственным в своём роде – но оказался здесь, а не на Церере!

Кусок затвердевшего гелия, в который превратилось моё сердце, ухнул куда-то в пятки. В тот самый миг на Церере я не спеша катил по Лунному переулку. Там я вдруг исчез, словно меня выключили. Ну и моментик! Настоящий я, единственный и неповторимый, всё так же стоял на мушке у Шрама.

Я понятия не имел, как и почему это произошло, и времени на размышления не было. И слава богу, пожалуй, потому что в следующую секунду я снова щёлкнул тумблером. Дзынь! Мой двойник снова очутился в кабине такси и успел крутануть руль до того, как неуправляемый кэб заскочил на бордюр. Ух, я был на волосок от катастрофы!

Но теперь мой двойник снова стоял перед Шрамом и его пушкой. Это было похоже на ночной кошмар, из которого я не мог выбраться. Если он выстрелит, умру ли я, а тот, другой, останется жив? Или как? Я уже ни в чем не был уверен. Я вообще не понимал, как эта штука работает. Надо было подробнее расспросить доктора Петри.