– Ты можешь пойти на работу, – произношу я с некоторым ехидством.

Вспоминаю, как мы с Джули смеялись, что Кристабель на такое точно не согласится. Она аристократка до кончиков ногтей.

– Я? – встряхивает волосами она.

– Ты сказала, что забыла саму себя. Вспомни о чём ты мечтала, – теперь я предельно серьёзна. – На самом деле всё в твоих руках.

Кристабель глядит удивлённо, а потом слегка улыбается. Её взгляд затуманивается:

– Будучи подростком я хотела быть преподавателем. Может быть артефакторики? Ха! Знаешь, я могла бы быть такой сексуальной училкой, на которую засматриваются пятикурсники. Мне бы пошло.

Бель смеётся горько и с надрывом. Я понимаю, что её поведение –просто самозащита. Может быть даже от собственных мыслей.

– Так стань сексуальной училкой, на которую смотрят пятикурсники и роняют слюни, – улыбаюсь я.

– С моей-то репутацией? Кто доверит мне такую работу?

– В простую столичную академию тебя бы взяли. Всё-таки ваш род один из самых древних в Андраксии. Ты можешь найти того, кто возьмёт тебя на стажировку. И тогда у тебя будут свои деньги и избавишься от влияния семьи.

– Что-то в этом есть. Бабка просто с ума сойдёт. Я ведь её уделяю, представляешь!

Я киваю, и мы замираем, глядя друг на друга. Нечто странное повисает между нами. Лёгкий флёр понимания, возникший там, где его не должно быть.

Но мы всё равно слишком разные.

– Я не буду лгать, что прощаю тебя. Но вредить не буду. Мне это не интересно, – произношу я.

– Ну да, ты не такая. А я бы вредила, – отвечает Кристабель ровным голосом. – Поэтому ты подходишь ему больше, даже если не брать в расчёт метку.

Почему-то я думала, что она будет обходить тему Майрока стороной. Но складывается по-другому.

– Тебя не касаются наши отношения, – произношу я с предупреждением в голосе.

Я думаю, что у Майрока было много девушек. Не уверена, что хочу знать о них хоть что-то. Но с Кристабель нам уже довелось познакомиться, так что от неё никуда не деться.

Она усмехается:

– Я знаю, что Майрок сделал с твоим отцом. Он ведь даже не извинился, правда?

– Не твоего ума дело.

Тем более одних извинений тут явно недостаточно.

– Ну чего ты сразу встаёшь в позу? – возмущённо спрашивает Бель, капризно поджимая губы. – Я всего лишь хотела сказать, что в этом весь Майрок. Он всегда прав, а мнения остальных ему по боку.

– Я поняла, что у тебя к Майроку есть претензии, но лучше выскажи их ему.

– И не смотри на меня так! Я не могу высказать это ему, поэтому скажу тебе. Я нуждаюсь в том, чтобы выговорится! Майроку плевать на меня. Мы были вместе почти полгода. То есть я думала, что были вместе… только вот меня он не приглашал на свидания в Бездну Наслаждений. Не дарил подарки, когда моим подругам дарили их парни. И даже не спрашивал, как у меня дела! Иногда он просто проходил мимо в коридоре академии, не удостоив меня взглядом.

– Ты сама позволяла ему так с собой обращаться. Не устраивало бы – порвала бы с ним.

– Любая отдаст, что угодно, чтобы оказаться на твоём месте и быть с Майроком. С чего бы мне рвать с ним? Я была счастлива, как никогда! Он устраивал не только бабку, но и меня.

– Хочешь сказать, я должна считать себя везучей? – внутри меня просыпается злость. – А тебе в голову не приходило, что я такого везения не желала? Открою тебе секрет – все мы разные. И у меня другие планы на жизнь.

– Желала ты или нет, имела другие планы или нет, но ты ведь наслаждаешься его вниманием не так ли? Только не обманывай сама себя.

– Ты не была на моём месте и не знаешь о чём говоришь. Его внимание – это клетка, а я в ней птица с подрезанными крыльями, – мой голос дрожит от напряжения.

– Клетка, говоришь? – усмехается Кристабель, скрестив руки на груди. – Тогда почему ты не пытаешься сбежать?

Пытаюсь и сбегу. Но ей об этом знать необязательно.

– Ты высказалась, я рада за тебя. А мне пора идти.

Когда Кристабель остаётся позади, я выдыхаю с облегчением. Её слова тревожат меня, и я прекрасно понимаю почему. В них есть доля правды. Раньше я смотрела в глаза Майрока и видела там лишь смерть, пляшущую в языках пламени. Отголоски той ночи преследовали меня.

Сейчас я вижу в его глазах себя.

Нас.

Это ужасно и прекрасно одновременно.

День тянется долго. Я начинаю привыкать к тому, что на меня все пялятся. Раньше я была невидимкой или просто той первокурсницей, которую опозорили перед всеми. Сейчас я будто поднялась на вершину пищевой цепочки. Мне открывают двери, уступают дорогу и даже пятикурсницы здороваются со мной.

Для меня это всё странно.

Но после обеда появляется ошеломляющая новость, которая мгновенно смещает фокус внимания с моей персоны на нечто более важное для всех нас.