Я убежден в своей правоте. Это решение пришло ко мне во «всплывающем окне». Так я называю странное явление, которое выдает мой мозг. Это когда из глубине сознания всплывают целые фразы и предложения, точно как солнце встает над горизонтом.

Я никому об этом еще не говорил, даже психиатру. Там могут быть цифры, обрывочные слова, даже эмоции.

Проявилась эта моя способность довольно случайно. Я присутствовал на совещании — просто мелькал, как живой портрет руководителя. Председательствовал отец, дебаты проходили на повышенных тонах.

Я следил за цифрами, который называл докладчик, и ловил себя на том, что мысленно проверяю расчеты. Складываю, умножаю, делю. Шестизначные числа. И когда докладчик назвал итоговую сумму, я его перебил.

— Прошу прощения, господа, в расчеты закралась ошибка. Здесь должна быть другая сумма, — и повернулся к финансовому отделу. Прикрыл глаза и увидел всплывающие в голове буквы.

Надо было видеть очумевшие лица докладчика и главного финансиста. А финт с «всплывающим окном» повторился на следующий день. Только на этот раз там появился вариант решения проблемы, который оказался самым успешным из всех.

Я озвучил это предложение, отец принял в штыки, но маркетологи одобрили. После совещания все разошлись по рабочим местам, в кабинете остался отец.

— Марти, сынок. Ты что творишь? — он навис над столом напротив, упираясь в столешницу. — Откуда эти больные фантазии?

— Не фантазии, папа. Решения, — ответил я спокойно.

— Что это значит? — проревел отец.

— То, что ты подумал. Все вокруг твердят о моей гениальности. Я подозреваю, что это она и есть. Но провалы в памяти не дают ей раскрыться по полной. Я принял решение, пап, — я встал и сказал тоном, не допускающим возражений, — я не могу ничего вспомнить, зато я могу научиться заново.

И поступил в тот же университет, который закончил.

Навигатор показывает поворот, я поднимаю голову и леденею. Узнаю места. Восемь лет прошло, а до сих пор кровь стынет в жилах.

Я приезжал сюда. Каялся. Просил. Умолял. Проклинал. И снова молился. Мне казалось, дух моего брата здесь, он слышит меня. Но это только казалось.

— Притормози, — прошу водителя, — здесь сейчас будет скала, за ней камень, возле которого можно развернуться. Мне нужно выйти.

— Может не надо, Мартин Маратович? — хмурится водитель. — В прошлый раз вы два дня отходили.

— Останови, — прошу. И он останавливается.

Знаю, мое стояние на самом краю ничего не изменит. Прошло восемь лет, а море все так же плещется внизу под ногами. Солнце все так же светит с неба, и даже кривое дерево, о которое мы ударились с Марком, продолжает расти.

Водитель был прав, не надо было останавливаться. Быстрым шагом пересекаю трассу и забираюсь в автомобиль. Навигатор говорит о том, что до заправки «Четыре колеса» осталось совсем немного. И я ловлю себя на том, что волнуюсь. Как будто я не кубки везу, а еду на свидание.

Глава 9

Карина

«Я раскусила ваш подлый план, Нестор! С вашей стороны было слишком низко манипулировать мной и моими чувствами. Я отказываюсь играть в эти грязные игры. Благослови вас Бог».

Нет, последняя фраза здесь вообще не свистит. Да и как она может свистеть, если я фактически его посылаю? Еще и Господа приплетаю. И благословлять я его не хочу, вот еще.

Может так?

«Я отказываюсь играть в эти грязные игры. Желаю удачи».

Нет, удачи я ему желать тоже не хочу. Он мною манипулирует, а я ему удачи желаю? Не дождется!

Надо так.

«Я отказываюсь играть в эти грязные игры. Умрите с миром».

Вот так хорошо. Коротко и по делу.

Я сижу на террасе, ем персик и готовлю разгромную ответную речь Колесникову. Нестор не на шутку меня разозлил, и я перебираю варианты, как бы так ему ответить, чтобы это звучало достаточно сокрушительно, а главное, доходчиво.

Но неожиданно из анабиоза выходит моя совесть. Как бы я ни сердилась на Нестора, он поделился со мной наследством Бронского. А ведь мог ничего не отдавать.

Дед Бронский оставил на тайных счетах резервный запас и поручил Колесникову следить за безопасностью внуков. Наш Немо Капитан мог преспокойно оставить все деньги себе и мирно дожидаться старости где-нибудь на островах в окружении полуобнаженных девиц.

Вместо этого благородный Капитан отвалил нам с детьми немало денег, семь лет таскался по Тибету, прикидываясь бомжом. Теперь вот прибился к Андронику, изображает старца-знахаря.

Как бы его за мошенничество не посадили, этого святого человека.

Гром тычется мне в руку мокрым носом, и я окончательно терплю поражение в поединке с совестью.

Ладно. Скажу ему: «Я отказываюсь играть в эти грязные игры, Нестор. Идите с Богом».

Главное не перепутать, с кем или куда. Это лишнее, мы все взрослые люди.