Черная полоса напомнила о себе, когда, не обращавший на меня внимания, Лукьянов, в пять часов вечера на мое «до свидания» остановил меня совершенно недружелюбным голосом.

— Стоять.

— Я все сделала.

— Замечательно. Я тоже. Поедем в салон оценивать урон моей машине.

— Ой, я не могу сегодня. Я не на машине.

— Значит поедешь на моей машине.

— И все равно я не могу. Мне очень надо домой. Сообщите мне, пожалуйста, просто сумму. Я вам и без личного присутствия в салоне поверю на слово.

— А зря. Я надеюсь, ты не забыла, что завтра у нас опрос по всем темам и не только?

— Не забыла. До свидания.

Резко открываю дверь и выхожу из кабинета.

***

Психоз наступил внезапно, когда я в очередной раз убедилась в том, что все в моей жизни пошло через одно место с появлением Лукьянова. Виски болят от потока информации. В голове вообще ничего не укладывается. Сама не поняла, как стала плакать, смотря на окружающие меня справочники. Давно меня так не накрывало. Стойкое ощущение, что это все зря, и завтра меня унизят по самое не могу, накрыло с головой.

— Ань, что случилось? — перевожу взгляд на вошедшую в спальню маму.

— Ничего. Фильм дурацкий посмотрела.

— Какой фильм?

— Никакой. Иди, пожалуйста, спать, — накрываю лицо руками и с силой тру ими распухшие от слез глаза. Считаю до пятидесяти, мысленно пытаясь успокоиться. У меня все будет хорошо. Я соберусь и завтра все вспомню. Блесну перед ним знаниями. Я же не тупая. Все будет хорошо. Только от чего-то слезы не перестают литься. И дальше бы лились, если бы не внезапный очередной визит, только уже папы.

— Вообще-то воспитанные люди стучатся.

— Будем считать, что я невоспитанный, — резко подходит к кровати и одергивает одеяло.

— Пап, ты совсем, что ли? — тяну обратно одеяло.

— Что ты там прячешь?

— Что хочу, то и прячу. Чего вы ко мне все пристали? Достали! — прижимаю руки к лицу и снова начинаю неконтролируемо лить слезы. — Ну что, интересно? — бормочу я, наблюдая за тем, как папа осматривает мои записи и планшет.

— Интересно. Ань, — как ни странно, прижимает меня к себе. — Во-первых, давай жить дружно, как раньше. Во-вторых, это все пройдет. Оглянись вокруг, столько красивых парней. Забудь ты о своем Егоре. Переключись.

— Ты серьезно?

— Да. Ты зациклилась.

— Да чхать я хотела сейчас на Егора, — Господи, а ведь это правда. Я даже не удосужилась спросить, как он себя чувствует.

— Тогда чего ты льешь крокодильи слезы? — хороший вопрос, от которого меня почему-то прорывает.

— Потому что моя жизнь превратилась в полную катастрофу, как только началась эта долбаная практика! Свободные вечера я провожу за изучением строения мужских гениталий. И не только их. Всего! Блин, ты ничего не понимаешь, папа. Ничего. За что мне все это? Ну вот за что?

— Ань, я и вправду ничего не понимаю. Объясни по-человечески. Что случилось?

— Это все мой руководитель. За… заведующий. Урод. Он издевается надо мной. Любое мое слово выходит мне боком. Сразу триста вопросов о любом вылетающем из моего рта слове. «Ах, болезнь Лайма, Анна. Ну так расскажи, что это за такая болячка». И так все! Все, понимаешь, папа? Любое слово! Почка? Ну так расскажи, Анна, о почке. Палец? Ну так…

— Расскажи, Анна, о пальце.

— Ты правильно уловил суть. Урод. Ненавижу! — тычу ручкой в блокнот. — Я не робот. У меня уже голова пухнет от потока информации. И, как назло, ничего не воспринимаю, когда представляю, как он снова будет меня троллить.

— А ты посмотри на это по-другому.

— Как?

— Ты уже забыла про своего Егора, это раз. Ну а самое главное, знания никогда не бывают лишними. В медицине все пригодится. Перетерпи немного и станет легче. От того, что ты льешь слезы, знаний не прибавится.

— Точно! Слезы! Он увидит мое опухшее лицо и дальше будет спрашивать про слезы и носослезный канал. Я обхитрю этого козла! Сейчас открою анатомию и физиологию носослезного канала. Да, точно, — беру планшетник в руки и начинаю вбивать в поисковик носослезный канал.

— Ань, — забирает планшетник вместе с блокнотом и откладывает их на прикроватную тумбу. — Тебе надо лечь спать и выспаться. Понимаешь? Завтра суббота. Выходной. Вот там и наверстаешь свои знания.

— Это у нормальных студентов выходной. А я с ним завтра дежурю!

— Тем более тебе надо выспаться. Утром встанешь и почитаешь по дороге про этот носослезный канал. Я сам тебя отвезу в больницу. А ты по пути вкратце изучишь этот вопрос.

— Сам отвезешь?

— Сам, — а может, и не все так плохо.

— Может, я утром и вправду успею, да и голова сейчас совсем не варит.

— Вот именно. Ложись спать, — взбивает мою подушку и встает с кровати. — Все будет хорошо.

— Ага.

— Спокойной ночи.

— Я все равно обхитрю этого козла. Буду говорить только то, о чем уже заранее знаю. Выкусит он у меня. Обхитрю. Обязательно обхитрю. Пусть не завтра, но обязательно это сделаю.

— Обязательно сделаешь, а теперь спи, — по-доброму произносит папа, закрывая за собой дверь.