— Посмотри мне в глаза! — Приказывает жёстко, не давая возможности ослушаться. Выныриваю наружу из поглотивших меня эмоций, с трудом открываю глаза, моргая. Почему он так смотрит на меня, словно обезумевший демон, который в состоянии испепелить мою душу. Мне даже кажется, что в них я вижу отражение своих переполненных разнообразной гаммой чувств, бесстыдно желающих продолжения романтического безумия.

С довольной ухмылкой наклоняется к моим губам, ощутимо прикусывая и облизывая следом мою нижнюю губу, шепчет горячим выдохом.

— Мое желание — безудержно обладать тобой, Белоснежка! Я не трону тебя, пока ты не попросишь сама об этом! Ты тщетно отрицаешь то, что так красноречиво требует твое тело.

Аккуратно наклонившись к моему лицу, наши губы сомкнулись в нежном, трепетном поцелуе. Не выдерживаю и зарываюсь руками в его густые волосы, захватывая их, сжимая не сильно в кулачках. Он тихо выдыхает глухой стон мне в рот, нежно касаясь моего языка кончиком своего. Одновременно крепко прижимает правой рукой меня к себе, и я ощущаю трепет его тела, своей грудью - стук его сердца, а животом его необузданное желание. Окунаясь в жар его тела, просто тонула безмолвно. От его реакции волна удовольствия накрывает с головой. Валентин действительно меня хотел — сильно, ощутимо, и то, как сдерживал себя, приводило в замешательство. Его губы были слаще мёда, и этот вкус дурманил меня, погружая в состояние неземного счастья и сладкой эйфории… Я не заметила, как язычок от молнии предательски скользнул вниз, открывая возможность пробраться к моей груди. Через тонкую кружевную ткань он аккуратно прикусывал один за другим мои болезненные соски, заставляя мое тело выгибаться и подрагивать под ним навстречу крышесносным ласкам, и глухо стонать, до боли кусая губы. Мощный поток изумительных ощущений, впервые подаренных этим мужчиной, стало невыносимо терпеть. Низ живота затягивало в тугой узел. Моё лоно становилось болезненным твердым комом и требовало разрядки. Я ведь не малолетка-девственница, не понимающая что с этим делать и как поступить. Я прекрасно знала, что мне нужно в этот самый момент, но просить о близости мужчину, чтобы покончить с мощным сексуальным возбуждением, я не намеривалась. И отказаться от этого безумия не находила сил. Какая-то разрушающая страсть. С Вадимом было все по-другому. Просто и обыденно. Меня не прошивало сильным током от одного невинного касания. Не задыхалась от эмоций. Не хотела так сильно своего первого мужчину, как хочу этого — наглого и настойчивого, который ворвался в мою жизнь ураганом, будоража мою кровь, доводя до безумия...

Теплые, мягкие губы продолжали устилать поцелуями дорожку к животу. Зажав мою талию двумя руками, уверенно продвигался все ниже. Разум кричал мне вернуться на землю, остановиться, пока эта черная дыра не затянула меня внутрь, поглотив полностью и безвозвратно. Тяну с силой вверх за его волосы и протестую, тяжело дыша.

— Достаточно показательных выступлений, Валентин! Я не стану просить тебя сделать меня твоей игрушкой для секса. Это уже слишком!

Он тоже тяжело дышит. Поднимает лицо и смотрит на меня тьмой. Отвожу глаза в сторону, так как не в силах выдержать его взгляд, от него становиться жарко... везде.

— Мои показательные выступления ты оценила довольным стоном, Белоснежка! — Поворачивает голову, смотрит на мои ноги, вернее на обувь.— Но диван, похоже, пострадал даже больше чем мой член вместе со мной. Я переживу эту адскую боль от сильного влечения к тебе, но его придется выбросить на помойку. Пожалуй, спишу тебе этот косяк, ввиду твоего сильного сексуального возбуждения. Я даже доволен твоей реакцией. Хотя бы знаю, что ты не фригидная стерва!

Поднимается с колена и выравнивается передо мной в полный рост, не скрывая свое сильное возбуждение в штанах. Я сглатываю и краснею под его взглядом и от того, что лежу, блистая своими прелестями перед этой гигантской секс-машиной. Лихорадочно застегиваю платье и подымаюсь, как неваляшка, с дивана, с третьей попытки. Он ухмыляется от моей беспомощности?

— Ты неуклюжая от перевозбуждения или в принципе? — Помогает окончательно подняться, дергая за руку на себя. Я автоматически обхватываю руками его шею, чтобы удержаться и не упасть, смотрю на него в упор, не моргая.

— А ты озабоченный временно или как?

И уже хотела отстраниться, как мускулистые руки взяли меня в тиски, вдавливая с силой в мужское тело. Игнорировать его возбужденный член чуть ниже живота не возможно! Море эмоций. Да ещё тогда, когда он намеренно вдавливает его в меня, изучая реакцию моего лица. Черт! Мне нужно валить отсюда, да побыстрее! Не подумайте, что я озабоченная женщина, нет... конечно... ох... ах... блииин!!!

— Прекрати меня мысленно трахать! Дырку протрешь в одежде! Не доведи боженько, сломаешь свое орудие страсти! Придется выбросить на помойку вместе с дырявым диваном! — Цежу сквозь зубы и брыкаюсь.

Растягивает голливудскую улыбку и ещё крепче прижимает к себе, так, что нечем дышать.