О-оо! Какой эффект от моей речи! Все кивали вслед, соглашаясь с моим мнением! Я герой дня! Черт! О чём я вообще??? И куда меня понесло???...Лера напряглась, словно статуя, и замерла. Эта минута затишья меня насторожила. Вдруг у неё в рукаве план «Б» припасен. Останавливаюсь рядом со своей Ауди и тихо спрашиваю:

— Дорогая, тебя можно спустить на землю?

— Попробуй, папаша! Я только за! Девять месяцев радости и счастья я тебе гарантирую!...

Валерия. Сейчас...

Спустить на землю? Да я уже ниже плинтуса, так как снова попала в лапы узурпатора, не сумев сбежать от преследующего меня наваждения. Медленно прокручиваю в памяти его лозунг: «Родишь ребёнка...», и сопоставляю факты и последние события. Не мог придумать что-то более оригинальное? Например, сумасшедшая любовница, сбежавшая из психушки или домогающаяся интимных отношений секретарша. Вот почему чуть что, сразу дети... О любви и серьёзных отношениях речи не было, так что незачем мне тут по ушам ездить...Его, случайно, не шандарахнуло чем-нибудь по голове во время спринтерского забега?

Осторожно ставит меня на ноги, и прижимает спиной к своей шикарной черной тачке с тонированными стеклами. Расставляет руки с обеих сторон моих плеч, упираясь ими в машину, лишив напрочь свободы действий. Теперь фиг сбежишь: его ноги почти на ширине плеч, зажали мои бёдра, целиком подчинив себе. Сглатываю ком в горле, ощущая тепло в месте соприкосновения наших тел, а точнее тех областей, что располагаются ниже пояса. Валентин дышит учащённо, вздымает свою широкую грудь, при этом демонстрируя её из-под рубашки, две верхние пуговицы которой были расстёгнуты. Я едва ли не физически ощущала её гладкость.

У меня от холодного ветра перехватывает дух, а он стоит лицом к лицу, как каменное изваяние и никакой реакции на холод. Только жилка на сильной шее учащенно пульсирует в такт его сердечному ритму. Черт! Как трудно держать эмоции на поводке, глядя на него!

— Я пока не рассчитываю становиться отцом, — томным, бархатным голосом ставит меня в известность, произнося в самое ухо, щекоча горячим дыханием. Его запах тела с нотками цитруса обволакивает мой разум, кружит голову, он так сильно въелся под кожу, что засел в легких. На пару секунд впадаю в эйфорию.

— В каждой шутке есть доля правды! Не находишь? Твое подсознание так многословно! Но ум, видимо, сейчас в обмороке, чтобы не нервничать из-за твоего бесхребетного языка.

Он водит своим прохладным носом по виску. Интересно: сколько я ещё смогу сопротивляться этому мощному гормональному взрыву, который с первой встречи расколол мои барьеры скромной и сдержанной женщины, и трещина, с каждой минутой, проведенной с ним рядом, становится более рыхлой и глубокой!

— В каждой правде есть доля лжи, Белоснежка! Ты ведь не решила, что я всерьез намекал на счет ребёнка? — Выдавливает из себя тихий смешок. — К этому шагу я пока не готов, как видишь!

— А к чему готов такой ответственный бизнесмен? Жить полной жизнью, трахаясь в своё удовольствие? Так я тебя разочарую — это с возрастом проходит, взамен оставляя лишь смутные воспоминания и гордое одиночество.

— Возможно с тобой я готов на большее, Лера. Я не уверен... — целует меня в висок, втягивая мой запах,— ты сладко пахнешь.

Мне-бы сейчас помолчать и подумать, прежде чем болтать всякую чушь. Но женщины всегда опережают словом вместо сдержанной, разумной мысли, которое хрен поймаешь после старта.

— Интересно спросить у Жени его мнение на этот счёт. Нормальный мужчина после тридцати мечтает о семейной идиллии и всё такое...

Естественно, я попадаю в точку! Когда разговор заходит о Жене, он начинает заметно нервничать.

— С тобой? Идиллия? Ты же меня, в лучшем случае, до инфаркта доведешь, а в худшем — до психушки! Если не загрызёшь до рассвета!

— Шрамы только красят мужчину!

— И ты решила, с помощью телесных увечий, сделать меня ещё более привлекательным и сексуальным?

— Не льсти себе.

— Это не лесть, а самая строгая самокритика, детка. И когда я говорю, что ты сводишь меня с ума, я не преувеличиваю твои достоинства, вплоть до твоего острого язычка! Кстати, на него у меня особые надежды!

Что-оо? Его надежды сейчас сделают гоголь-моголь из моих мозгов. Мечтатель хренов! Предвкушение сосредоточилось в каждой клеточке тела. Я больно прикусываю свой язык, чтобы выбраться из роя запутанных и глупых мыслей, начиная приводить их в порядок.

Валентин со свистом резко втягивает в лёгкие холодный воздух, слегка морщась от боли. Там, в его кабинете я действительно не рассчитала силу укуса и увлеклась. Его полная нижняя губа припухла, стала ещё более завораживающей и притягательней...

Засмотрелась, испытывая огромное желание прикоснуться к ней губами и извиниться. Восторг от его поцелуев уже щекотал низ живота. Мои пальцы дрогнули, и я медленно поднимаю руку и тянусь к его рту. Он замер, едва дыша, выдавая волнение лишь блеском своих глаз.