Мне хочется, чтобы она мне врезала за эти слова. Чтобы сочла это оскорблением.

Но Кира, наверное, ещё слишком молода и не бита, чтобы понимать такие тонкости.

- Ты, наверное, хочешь спросить - навсегда ли это?

Кивает, поправляя прядь волос.

- Не исключено.

Начинает плакать навзрыд, взгляд стекленеет.

Я злюсь...

И не могу понять почему я злюсь на неё.

- Кира, хватит! - сдержанно рявкаю я.

Свет внезапно гаснет, комната погружается в сумрак.

- Кира, послушай. Ты сейчас вернёшься в машину к Тимофею, подождёшь их, уедешь. Переваришь всё. Если захочешь, потом поговорим.

Смотрю хмуро на ее рыдания. Не могу отыскать в себе сил, чтобы утешать и обещать что-то.

Мне самому, если уж по чесноку, нужны утешения и обещания. Я, блять, слаб духом пока.

Если она скажет, мне плевать, я остаюсь, я найду силы на что угодно, клянусь.

Если скажет, не моя история и уедет. Я, наверное, тоже найду силы на все.

Но не вот это, пожалуйста!

Тук-тук - в косяк открытой двери.

- Я дико извиняюсь!.. - прикладывает ладонь к груди Татьяна.

К практически просвечивающий через мокрый топ груди.

Мое брови взлетают вверх.

Челюсть падает от слишком откровенного зрелища. Тема сисек раскрыта полностью!

- Алярм, короче. Вы мне срочно нужны.

- Э-э-э... - стреляю взглядом на истерично рыдающую Киру.

- Поверьте, истерика подождёт. Если, никто не умер, конечно.

- Все живы. Что случилось?

- Я пилила ветки, которые проросли через провода и шатали их. Одна из веток, когда падала оборвала ваш провод. И... он под напряжением упал прямо на дорогу. Там лужи и дождь. Если кто-то пойдет там, его убьет.

Натягивает извиняющуюся улыбку, разводя руками.

- Таня... Вы, блять, ненормальная?! - встают дыбом мои волосы.

- Да, - покаянно. - Вся надежда на Вас…

Вот тебе и шесть-шесть!

Глава 4 - Кое-что ценное

Мой дом предпоследний на нашей улице, Татьянин - последний. Дальше - небольшое поле и лес.

До местных электриков мы не дозвонились. Сегодня воскресенье, да и дождь усиливается, обрывая связь.

Поэтому решили действовать своими силами.

Стоя на деревянных поддонах оглядываем издали масштаб трагедии.

Провод периодически потрескивает и искрит.

- Короче, вы здесь никого не пропускайте, - осматривает местность Гордей. - Мы попробуем вскрыть трансформатор и отрубить напряжение.

- А вы умеете? - прикусывая губу уточняет вредительница.

- А у нас выбора нет! - улыбаясь, дёргает бровями Йода. - Кто кроме нас?

Его взгляд съезжает на ее грудь.

Она тоже опускает свой следом.

- Оу.

Невинно хлопая ресницами, скрещивает руки на груди.

- Я могу помочь, кстати!

- А Вы, Татьяна, электрик?

- Нет, но я... сообразительная.

- Это мы заметили, - фыркаю со смешком.

- Танго, придержи барышню, а то, боюсь, всю округу без света оставим.

- Эх!.. - поднимает она мечтательный взгляд в серое небо.

Заправляет прядь за ухо. Там - обезьянка. И я, кажется, начинаю понимать ее выбор. Тотем? Ей идёт...

- Нужны резиновые сапоги, перчатки... - перечисляет Гордей, обсуждая с Тимом.

- В сарае всё, - отправляю их.

Качая головой, снимаю с себя тельняшку, протягиваю Татьяне.

- Благодарю! - делает она лёгкий реверанс, не опуская рук.

И отворачиваясь, натягивает мою тельняшку. На ней - как чуть великоватое платье.

Тонкие шаровары промокли и облепили ноги. Босая. На одном из пальцев - колечко. Маникюр на больших пальцах - подсолнухи.

Забавная...

И при том, что женщина довольно красивая, пафос и горделивость явно обменены на ухмылочку и шиложопость.

Отвожу взгляд.

Ловлю голым торсом дождь. Кайф...

И даже первый раз за все это время улыбаюсь от удовольствия, глядя на серое небо.

И теперь она искоса разглядывает мою обнаженку. И взгляд ее такой откровенно и наивно впечатленный... Что я снова забываю о своих проблемах. И, выебываясь, подергиваю слегка мышцами.

- Чем расплачиваться будете, Татьяна? - шутливо нахмуриваю брови.

- Есть у меня кое-что ценное... - срывается вдохновенно в сторону своего дома.

- Стоять! - хватаю в ужасе за тельняшку, дёргая на себя. - Напряжение!

С воплем взмахнув руками, летит назад.

Не задумываясь слишком, корректирую траекторию так, чтобы приземлилась ко мне на колени. Все остальные версии - негуманны.

- Ай-ай-ай!

Уверенно впечатываю в себя, задохнувшись от ощущений женщины в своих руках.

Я по нему пиздец как соскучился.

- Ой... - смотрим друг другу в глаза.

Наши носы близко. Сердце грохочет.

Набираю побольше воздуха в грудь.

- Татьяна, Вашу мать!

- А давайте, на "ты"? - смешливо морщит нос.

И вот как ее отчитывать?

- Что там у вас такого ценного?

Мое дыхание сбивается.