Соня, тяжело вздохнув, вновь прильнула к мужчине, расположив голову на его груди:

— Знаю. Лиза рассказала мне эту историю. Жаль парня.

— Охренеть! — удивился Алексей. — Это до какой же степени он Лизе доверяет, раз рассказал такое? Нет. Для него она гораздо больше, чем просто увлечение. Здесь что-то другое.

— Любовь? — с издевкой произнесла Алмазова.

— Я бы не исключал такой возможности. И нос бы не совал туда, куда не следует, — Гордеев поднялся на ноги, увлекая за собой девушку. — Ну что, водные процедуры?

Глава 30

Еще одно утро. Душное. Жаркое. И пасмурное.

Тяжело вздохнув, Лизавета потянулась в постели. Будильник давно прозвенел, пора вставать. Но как же не хотелось. Опасаясь, что снова уснет, девушка спустила ноги с дивана, приняв сидячее положение. На автомате рука потянулась к лежащему рядом телефону. Ничего. Ни звонков. Ни сообщений. С досады Карпова швырнула его обратно на диван. Дмитрий не объявлялся уже целых пять дней. Просто исчез, и все. Благо заранее предупредил, иначе у нее были бы все шансы заполучить нервный срыв. Но почему же ее так тяготило отсутствие этого мужчины? Когда успела к нему привязаться? Почему ее не покидало чувство тревоги все это время?

— Соберись, тряпка! — девушка громко похлопала ладошками по щекам и вскочила на ноги. — Не время раскисать.

Напевая себе под нос одну из веселых, но бессмысленных песен, которыми кишели российские радиоволны, Лиза достала из шкафа полотенце и направилась в душ. Чтобы поскорее проснуться, включила холодную воду. Зажмурилась и чуть не завизжала, когда ледяные струи соприкоснулись с разгоряченной кожей. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, но тело тут же наполнилось невероятной бодростью. Да и сон как рукой сняло. Завернувшись в полотенце, девушка вышла из ванной, прикрыв за собой дверь. Неожиданно запиликал телефон, застав ее врасплох. Со всех ног она ринулась в зал. Даже не посмотрев на дисплей, взяла трубку.

— Алло?

— Лизонька, — послышался голос Валентины Степановны, — прости, что так рано, ягодка моя.

— Что-то случилось, бабуль? — с придыханием произнесла Карпова. — Плохо себя чувствуешь?

— Нет, нет, — успокоила женщина, — все в порядке. Просто хотела голос твой услышать.

Пытаясь выровнять дыхание, Лиза присела на краешек дивана.

В свои семьдесят шесть лет ее бабушка держалась молодцом. Шустрая и подвижная от природы, она до сих пор самостоятельно справлялась и с огородом, и с небольшим хозяйством, состоящим в основном из птицы. Но как бы там ни было, годы свое брали. То сердце прихватит, то давление подскочит. Больше всего на свете Лизавета боялась, что однажды останется совсем одна. Что единственного родного человека на свете вдруг не станет.

И потому чувствовала себя так гадко из-за того, что нет возможности видеться чаще.

— Все ли у тебя в порядке, Лиза?

— Конечно, бабуля. Все хорошо.

— Ой, сердцем чувствую, недоговариваешь ты чего-то, — взволнованно произнесла женщина, — происходит что-то, чего не понимаю... Вот и отец твой сниться начал. И ведь не снился никогда, а здесь как взбунтовался! Каждую ночь приходит. Сказать что-то хочет.

— Бабуль, ты же знаешь, что не верю я в эту чушь. Все хорошо, правда. Сессию закрыла с отличием. Вечером идем всем курсом в клуб отмечать «экватор».

— Чего отмечать?

— Так называется день, когда ровно половина учебы осталась позади, — пояснила девушка.

— Не ходи. Очень прошу, Лизонька, останься сегодня дома. Иначе назад пути уже не будет.

Лизавета задумчиво посмотрела на висящий на ручке шкафа костюм. Черные кожаные брюки с заниженной талией, обтягивающие, как вторая кожа. Укороченный белый топ с глубоким декольте, открывающий грудь и часть живота. Подтяжки в тон к брюкам и сапоги на высокой шпильке. На их потоке насчитывалось около пятнадцати групп, так почему в студенческом совете одобрили эту форму именно для ее группы? Хотя она и так знала ответ на этот вопрос – Соня постаралась!

— Все хорошо, — Лиза попыталась разрядить обстановку, — я буду с Андреем и Соней.

— Они хорошие друзья, но не в силах изменить судьбу!

— Опять гадала на кофейной гуще? — рассмеялась девушка. — Ничего со мной не случится. Я буду предельно осторожна.

Женщина в трубке тяжело вздохнула:

— Храни тебя Господь!

— Бабуль...

— Ой, Клавка пришла, — прервала ее Валентина Степановна, — видать, новости какие есть.

— Хорошо, иди к гостье, — улыбнулась Карпова, — я позвоню позже.

Через полчаса после разговора с бабушкой за Лизой заехал Андрей. Из-за пробок они практически опоздали на тренировку, из-за чего заработали недовольство наставницы. Ирина Павловна была тренером от бога, но требовала от них полной отдачи. Именно поэтому после занятий они всегда были выжатыми как лимон. На разучивание новой программы в среднем уходило около недели. А на оттачивание ее, доведение до совершенства – месяцы!