Впервые за все время ей стало действительно стыдно за место, где она проживает.

— Третий год.

Надо отдать должное, Похомов ни словом, ни делом не выдал своего разочарования. Это слегка подбадривало Карпову.

— Скоро чайник закипит, — непринужденно сообщила девушка, но замолчала, едва ее взгляд упал на его руки.

— Это же мой телефон. Что вы... Что ты делаешь?

Похомов удивленно приподнял правую бровь, делая вид, что ничего особенного не происходит:

— Разве не очевидно? — не мигая уставился на Лизу. — Сохраняю свой номер в твоем телефоне. Ведь скорее летом снег пойдет, чем ты его попросишь.

В этот раз Лизавета не отвела взгляд. С вызовом смотрела в его бездонные омуты. Почувствовав, что вот-вот все равно сдастся, равнодушно пожала плечами.

— Ладно, тогда и мой...

— Уже, — поставил точку в разговоре Похомов, возвращая девушке телефон. — Я исчезну на некоторое время, появились важные дела. Если случится что-то, поставишь в известность.

— Эти дела, — голос Лизаветы отчего-то дрогнул, — опасные, так ведь?

Дмитрий стиснул зубы. Умная девочка. Все сразу поняла. Наплевав на все, притянул Лизу к себе за талию. Крепко стиснул в своих руках.

— Я упустил из виду некоторые детали, — произнес, уткнувшись в ее макушку, — и теперь до ужаса боюсь, что это может отразиться... Просто будь предельно осторожна. Бдительна. Ни на шаг от Сони не отходи, пока меня не будет рядом. Она хоть и бестолочь, но за тебя растерзать готова. Мне это на руку. Так спокойнее.

— Хорошо, — в эту минуту Лизавета чувствовала его сумасшедшую энергетику всем своим телом. — Но уверена, что до этого не дойдет.

— Если заметишь что-то подозрительное рядом с собой, сразу же...

— Вызову полицию! — уверенно закивала головой Карпова.

Борзый, резко отстранившись, посмотрел на нее как на полоумную.

— Беги! — чеканил он каждое слово. — Как можно быстрее! Как можно дальше! Так, чтобы пятки сверкали, и земля под ногами горела. Полицию она вызовет. Сумасшедшая!

— Почему ты злишься?

— Потому что боюсь за тебя! Неужели так сложно понять?

— Понять что?

— Ты – моя!

Внутри у Лизы все сжалось. Не от страха. Это было что-то другое. Новое. Неизведанное. Запретное. Он будто клеймил ее сейчас своим проникновенным, обжигающим взглядом. А она, вместо того чтобы бежать от него сломя голову, находила в этом необъяснимое удовольствие. Клеймо на сердце? Почему бы нет? Пусть выжигает на нем свое имя.

— Алмазова! — гаркнул Похомов, заставляя Лизу вздрогнуть от неожиданности. — Можешь больше не подслушивать. Просто тащи сюда свою неугомонную тушку.

Соня, хитро улыбаясь, вышла из-за угла.

— Все слышала?

— Можешь не сомневаться.

Дмитрий подмигнул Лизе:

— Ну, так чаем ты нас напоишь или как?

— Ой, — встрепенулась девушка и принялась разливать кипяток по чашкам.

Похомов и Алмазова тем временем уселись за стол. Друг напротив друга. Как ярые противники.

— Какую-нибудь технику боя изучала? — задал Дмитрий самый волнующий его вопрос.

— Никакую, — ответила, настороженно переглядываясь с Лизой, — по твоей наглой морде и так врезать смогу.

— Мечтай, — усмехнулся он в ответ. — Ты знала, что наши отцы десять лет за одной партой отсидели? Дружили раньше. Пока твой папашка армию не ушел топтать, а мой – зону.

В комнате воцарилось молчание. Девушки, очевидно, переваривали полученную информацию.

— Твоя мать долго забеременеть не могла? Поэтому у нас такая разница в возрасте?

Соня нехотя кивнула:

— Почти девять лет лечилась от бесплодия.

— Мой отец знает, что у твоего сейчас проблемы, — продолжил Борзый. — И так как у них общий враг, хочет помочь.

— Это вряд ли, — отхлебнула Соня из своей чашки, — помощь людей из вашего круга папу только скомпрометирует. Он на это не пойдет.

— Пойдет. В этом городе нет людей, у которых бизнес чист как слеза. Темные пятна есть всегда. Поэтому поверь на слово, доброжелателей у твоего отца здесь практически нет. В отличие от тебя, он это понял.

— И что я должна сделать? — настороженно поинтересовалась Алмазова.

— Мне пора, — пристально посмотрел на Лизу, после чего обратился к Соне: — Береги ее.

Глава 28

— Что за свинарник ты здесь развел? — возмутилась Лизавета, когда друг детства впустил их с Соней в свою комнату. Оглядываясь по сторонам, девушка не узнавала помещение. Одежда разбросана по полу. Постель не заправлена. На диване рассыпан попкорн. Куча пустых банок из-под энергетиков и беспорядок на рабочем столе завершали картину. Карпова посмотрела на Соню. Та в ответ недоуменно пожала плечами.

— Не ваше дело. Это моя территория, — не слишком дружелюбно ответил Андрей. — Что хочу, то и ворочу.

— Ответ неверный, — Лиза скрестила руки на груди. — Это называется обычной безалаберностью.

— Слушай, Рыжик, хватит нотации читать, — ощетинился молодой человек. — Это мой храм, ясно?