— Не злорадствуй! Рано или поздно Алексей остынет и поймет, что все эти события происходили до их знакомства. Соответственно, простит ее. А ты с носом останешься.

— Плевать. Я все равно попробую.

— Пробуй, конечно, раз ты баран такой, — Похомов зачерпнул ковшом ледяную воду из деревянного ведра и сделал пару жадных глотков. — Но учти, если я из-за твоего члена испорчу отношения с Гордеевым, я тебе его собственноручно вырву. Уяснил?

— Ага, — мечтательно закинув руки за голову, промычал Соколовский.

Понимая, что сейчас друга просто бесполезно отговаривать, Дмитрий направился в ту часть сторожки, которая служила кухней, и принялся вытаскивать продукты из пакета на стол. Сыр, колбаса, батон, фрукты. Негусто, но лучше, чем вообще ничего.

— Сам-то чего смурной такой? — нарушил тишину Пашка.

— Да, — попытался отмахнуться Похомов, — пустяки...

— Неужели? — усмехнулся друг. — Я слишком хорошо тебя знаю, Дим.

Дмитрий раздраженно воткнул нож, которым секунду назад нарезал колбасу, в деревянную крышку стола.

— Отец был на благотворительном вечере и видел меня с Лизой.

— Во дела! — опешил Сокол. — Как же мы его не заметили?

— Не его, а их, — мужчина устало опустился на лавку. — Они с матерью были. С утра уже нравоучения выслушать успел. Маме же мало показалось, и она решила именно сегодня устроить семейный ужин. Ни завтра, ни послезавтра. Сегодня!

— А что в этом такого? Родители соскучились по тебе. Вернулись из поездки, хотят видеть. Это нормально.

— Я планировал побыть подольше здесь. С ней.

— С собой ее возьми, двух зайцев одним ударом убьешь.

— Щас прям, — недовольно буркнул мужчина, возвращаясь к своему занятию. — Они только этого и ждут.

— Почему нет? — удивленно воскликнул друг. — В чем здесь преступление?

— Лиза – только моя! — сам того не замечая, повысил голос Похомов. — И демонстрировать ее всем, как собачонку на выставке, я не собираюсь! Придет время – познакомлю, но не сейчас.

Соколовский напряженно поднялся с кресла и подошел ближе к Борзому:

— Я не понял, ты что, отца послал?

Мужчина окинул друга суровым взглядом:

— Ты бредишь, что ли? Когда я мог матери отказать?

— И в итоге?

— В итоге у меня сегодня вечером ужин. Ровно в семь.

Дверь со скрипом отворилась, пропуская внутрь Лизавету. Дмитрий залюбовался ее раскрасневшимся от горячей бани лицом, горящими глазами. Даже замолчал на полуслове, гадая, слышала она их с Пашкой разговор или же нет. К удивлению, Лиза подошла вплотную к нему и посмотрела так, что землю у него из-под ног выбила. Словно сердце незримой рукой сжала и отпускать не торопилась. Столько надежды в том взгляде было, что мужчине не по себе стало.

— Мы сегодня возвращаемся в город? — голос мягкий, завораживающий. — Так ведь?

Все-таки слышала...

— Увижу радость в твоих глазах – запру здесь одну до следующих выходных, — угрожающе прохрипел Дмитрий.

Не понимал он, почему она так стремится убежать от него.

Не понимал, и все тут!

Лиза не ответила, лишь не мигая взирала на него своими глазищами.

— Да, — не выдержал Похомов. — Но не надейся, что я просто так тебя в машину пущу. Без поцелуя, чует мое сердце, не обойдется.

Она приняла его игру. И условия тоже приняла, потому довольно хитро посмотрела на Пашку.

— Не поглядывай на него, — мужчина сомкнул руки на ее тоненькой талии, — Сокол уедет гораздо раньше нас.

— Вообще-то...

— Если быть точнее, — прервал друга на полуслове, — прямо сейчас.

Глава 21

— Не упрямься, время идет, — Дмитрий прислонился к автомобилю и, скрестив руки на груди, демонстративно поглядывал на часы. — Чем быстрее ты меня поцелуешь, тем быстрее я доставлю тебя домой. Улавливаешь связь?

Лиза окатила его взбешенным взглядом. Мало того, что он Павла буквально силой за дверь вытолкал, лишив ее возможности уехать с ним, так еще и от нее чего-то требует. Да, она разозлилась, потому что всегда чувствовала себя неловко в его присутствии, особенно сейчас, когда вновь стояла перед Похомовым в коротком обтягивающем платье. Этот, за неимением другого слова, клочок материи и ранее больше выставлял напоказ, чем скрывал, а теперь девушка даже не смогла самостоятельно застегнуть замок до конца. Почти вся спина как на ладони!

К тому же высокие шпильки ее босоножек постоянно утопали в земле, причиняя еще большее неудобство. Тем не менее Лиза упрямо отказывалась выполнять его просьбу.

— Почему я должна это делать? — она раздраженно сдула с лица мешающую прядь волос и надменно вздернула подбородок вверх.

Мужчина хищно оскалился в ответ:

— Потому что я так хочу. Ведь доброго утра ты пожелала только Соколу.

— Это столь важно?

— Для меня – да.

— Хорошо.