— А Гордей-то не на шутку разошелся!

— Твою ж мать! — сплюнул в сердцах Борзый. — Надеюсь, хоть вип-зона без всей этой мишуры…

— Разве решился бы я изменить что-то в хозяйских апартаментах? — раздался за спиной спокойный голос Гордеева. Дмитрий резко развернулся к нему лицом. Мужчина взирал на них с вежливой, несвойственной людям их круга, улыбкой. Дорогой костюм, сшитый на заказ, брендовые ботинки и галстук, приятный парфюм – машинально отсканировал его Похомов.

Пистолет под свободным пиджаком он также заметил.

— Алексей! Рад тебя видеть!

Они пожали друг другу руки. Гордеев был бизнесменом, известным не самыми гуманными методами ведения переговоров. Ровесник Дмитрия, с восемнадцати лет (после гибели родителей) возглавивший семейное дело. Сложно сказать, испытывал ли Похомов к нему конкретную симпатию.

Но уважение к человеку, воспитавшему младшего брата как сына – безусловно!

— По какому поводу гуляем? — поинтересовался Пашка. — Размах, смотрю, немалый!

— Смейся сколько влезет, Сокол! — ощетинился Гордеев. — Ради братишки стараюсь. Чемпионат по современным парным танцам сегодня выиграл малец. Совсем вырос…

Дмитрий улыбнулся. Хоть сентиментальностью он и не отличался никогда, но забота Алексея о младшем брате умиляла.

— Что ж ты его к семейному делу не приобщишь? — протянул лениво. — И ему полезно, и тебе поддержка.

— Нет! — отмахнулся мужчина. — Хочу, чтоб у него другая жизнь была. Хочу, чтобы он спокойно ночами спал и вместо пистолета с женой обнимался.

Наступило неловкое молчание, которое Гордей поспешил нарушить:

— Курить-то у тебя здесь можно?

Дмитрий встрепенулся:

— Тебе можно, Гордей. Паша, сгоняй к администратору, пусть вытяжки посильнее врубят. И поляну нам накроют в вип-зоне, да поскорее.

— Почему я? — возмутился было друг, но, наткнувшись на его взбешенный взгляд, примирительно улыбнулся и вышел. Похомов тем временем долго и задумчиво смотрел на собеседника, а потом решил не церемониться.

— Пойдем, Алексей. Разговор к тебе есть! — дружески хлопнув мужчину по плечу, направился в укромный уголок зала. Вип-зона имела очень правильное расположение и скрывала их от любопытных глаз.

Вместе с тем остальная часть клуба была видна как на ладони.

— Как здоровье у Аркадия Михайловича? — спросил Гордеев, едва Дмитрий развалился на удобном кожаном диване напротив гостя.

— Нормально. Отдыхать с матерью на Мальту укатили, — отозвался безразлично. — Слушок до меня дошел, что ты с Зарутским жестко бодаешься. Правда ли?

Гордеев помрачнел мгновенно. От Борзого не укрылось и то, как резко тот кулаки сжал. Словно рефлекс у него на эту фамилию выработался.

Значит, Пашка прав был – враждуют они. В какой-то момент их беседу пришлось прервать – официанты принесли заказ и аккуратно расставили блюда на столе.

— Плесканешь гостю вискаря? — словно робот произнес Алексей, когда они снова остались одни. Дмитрий без вопросов откупорил бутылку дорогого виски и наполнил им бокалы.

— За тебя! — Гордеев махом осушил спиртное. — Правда все, Дим! Эта гнида бизнес мой отжать хочет. Мало своих бабок стало, видимо. Да только ведь и я не лыком шит. Легально все, комар носа не подточит. Так вот, уже второй год тяжба у нас. Своими руками бы падлу придушил!

Похомов покрутил бокал с виски в руке, внимательно наблюдая за Алексеем.

— Так что мешает? — произнес, хитро прищурившись. — Алиби организуем.

— Непросто все, ой как непросто! Изворотливый он как уж на сковороде. Осведомитель у меня был, который шикарный компромат на него нарыл – девчонок наших Зарутский транзитом в турецкие бардели переправляет. Да только завалили осведомителя тут же. И трех дней не прожил. Компромат, скорее всего, уничтожен.

Дмитрий напрягся. Видимо, неспроста отец его попросил действовать очень осторожно. Не быковать лишний раз. Не должен Зарутский понять, кто к этому делу руку приложил.

— Ты ведь не маленький мальчик уже. Должен понимать, что осведомитель твой – тоже не дурак был. Знал, под кого копает, а потому и компромат наверняка не в одном экземпляре сделал!

— Так-то оно так! Да только все уже перерыли, Дим. Ноль результата.

Борзый положил локти на стол, подвигаясь ближе к Алексею:

— Скажу честно – и мне он как кость поперек горла! Приструнить хочу. Не получится – уберу. За мной не заржавеет. Но для этого сильные союзники нужны. Ты в деле, Гордей? Поможешь?

Алексей задумался, отчего стали заметны мелкие морщинки в уголках его глаз и парочка продолговатых борозд на лбу.

— Скажи сначала, что ты с ним не поделил? — теперь уже Алексей внимательно наблюдал за Дмитрием. Мужчина усмехнулся про себя.

Что-что, а эмоции свои скрывать он очень хорошо умел.

Как-никак учитель у него отменный. Не чета многим.

— Не я, — выдохнул безразлично. — Отец.