Сережа Воронов нравился Максу, он был хорошим, надежным парнем, и Макс относился к нему скорее как к младшему брату, чем подчиненному. Сергей, конечно же, преувеличивал, однако Домин не мог не признать, что эта девочка волнует его куда больше, чем он мог себе позволить.

И все же Домин не собирался влюбляться в нее, после смерти родителей в его жизни не осталось места ни для каких привязанностей. У него не было близких, друзей, вокруг него возвышалась непробиваемая стена, которая надежно защищала от лишних переживаний и волнений. Но с появлением Дины он находил то одну, то другую брешь в этой стене, и это и изумляло, и злило его одновременно.

Стоило только подумать о ней, как то одна, то другая область брони истончалась и словно стекала, оставляя пробоину размером с атомоход. Это было неправильно, он всегда без труда держал оборону, но Диана Ареева не просто рушила все преграды. Хуже того. Она делала его уязвимым.

Принесли пятую чашку кофе, и он закурил пятую сигарету, что совсем никуда не годилось. Было еще одно, что ему не давало покоя. Домин видел, как Дина в последнее время смотрела на него, как вспыхивают большие глаза, когда он появляется в поле ее зрения. И это было неправильно.

Отношения отношениями, а чувства сюда мешать не стоило. Что бы не случилось, за себя Макс был спокоен, а вот Дине не следовало к нему привязываться, обоюдной симпатии и влечения было бы вполне достаточно.

Поездка в столицу лишний раз показала, как в самом ближайшем будущем может измениться его жизнь, и это еще больше могло отдалить его от Дины. Поэтому Максим решил дать ей время остыть. Он держался и не звонил ей, хотя такая выдержка давалась с трудом, зато по нескольку раз на день надоедал Тимуру. 

И тут она позвонила сама. Позвонила не вовремя, у него как раз начинались переговоры. Он ответил очень сдержанно и понял, что она обиделась. У нее даже слезы в голосе стояли. Пусть, так даже лучше.

Максим посмотрел на лежащую рядом трубку. Парни задерживались, он уже вторую неделю не слышал Дину. Еще немного подумал, а затем позвонил. Голос Дины звучал… странно.

 — Максик, у тебя появилось для меня время, ты не занят?  — она говорила непривычно нараспев.  — У меня все отлично, я учусь танцевать стриптиз.

До Домина не сразу дошло, а пока он соображал, его успели послать в известном направлении и бросили трубку. Он пялился на трубку и надеялся, что ошибся номером. Не ошибся.

— База торпедных катеров, дневальная Ареева…

Дневальная, мать твою, стриптиз, катера… Что там вообще происходит? Он сам отбился и тут же набрал Тимура. И все десять минут, пока тот ехал к дому Дины, как последний дурак представлял себе Влада в ее квартире. Но шестая сигарета это уже точно будет перебор.

Тимур отзвонился и лаконично сообщил, что девушки пьют, а его мелкая алкоголичка набралась до беспамятства. Домина душили гнев и смех одновременно, и одновременно он жалел, что не может видеть этого цирка.

— Сколько они выпили, Тимур? — спросил он. Ворон с Плоским, уже сидевшие за столом напротив, переглянулись.

— Одну бутылку, — Тимур явно был удивлен вопросом. — Да сколько им там надо, Макс!

Домин едва удержался, чтобы не спросить о стриптизе. Ни к чему это знать Тимуру.

— Она что-то еще говорила? Дина?

Тимур подозрительно замялся.

— Ругалась. На тебя. Сказала, что она тебя…

— Послала,  — закончил недовольно Домин, — это я и без тебя знаю.

Парни переглянулись еще раз, Плоский заржал, Ворон понимающе махнул рукой.

— Не обращай внимания, моя как напьется с подружками, каждый раз мне звонит сказать, что она меня бросает.

— Я сам ей позвонил, — уточнил Домин. Плоский продолжал ржать. Макс недобро на него взглянул, затем перевел взгляд на Ворона. — И что потом?

— Ничего, — засмеялся тот, — я потом ее забираю и она меня еще по дороге успевает несколько раз бросить. А как проспится, главное с утра сразу извиниться.

 — За что? — поднял брови Домин.

 — Я предпочитаю не знать,  — серьезно ответил Ворон,  — просто извиниться и все.

Подъехала приглашающая сторона, дальше по списку значились сауна с девочками и ресторан.

— Я пас, — поднял руки Ворон.

«Пожалуй и я тоже», — подумал Максим. Вслух он сказал:

— В сауну не едем, — и тут же пресек возмущенный протест Плоского, — в гостиницу потом себе шлюху закажешь.

И сам себе удивлялся. На следующий день он без конца поглядывал на часы, пока не понял, что прикидывает, когда ему надо выехать из столицы, чтобы успеть к смене. Выехать получилось позже, и к «Роялю» они подъезжали уже около двенадцати ночи. Ворон с Плоским помалкивали и правильно делали.

Она обрадовалась, когда его увидела, хоть и старалась не подать виду. А глаза так и искрились, причем Макс намеренно навесил на себя маску бесстрастного величия. Какой дебил поставил ее на рулетку? Ах да, Алексей. Применяет тяжелую артиллерию. Тимур на входе уже доложился, что казино в глубоких минусах и продолжает нырять вниз. Но разве не нашлось никого более подходящего?