Он ухмыльнулся и закатил глаза. — Смешно, Роза. Действительно смешно. На самом деле… Я хотел попросить тебя об одолжении.

Я подозрительно прищурилась. — Э-э... о каком одолжении идет речь? — С той ночи в Эдинбурге, когда он отверг мое желание заняться сексом, между нами все было так... Я даже не знаю. Странно. Не в плохом смысле, к чему я была готова. Просто сбивающе с толку.

Джейс провел рукой по своей задней части шеи, что привлекло мое внимание к его покрытому чернилами бицепсу, а затем я начала думать об этой руке, обернутой вокруг моей талии, когда он подсадил меня на стойку и...

— Можешь взглянуть на один текст для меня? Я работал над кое-чем в Великобритании, и все шло просто идеально, будто я никогда раньше так не чувствовал песню… а потом… — Он замолчал с тихим разочарованным стоном.

— Что убило музу? — Я улыбнулась, потому что Джейс всегда был таким. Музыка буквальнолилась из него, а потом малейшее отвлечение — и все, она исчезала.

Он надулся до глупости привлекательно. Надутые мужчины не должны быть такими сексуальными. — Грейсон. В любом случае, не могла бы ты взглянуть?

Я пожала плечами. — Конечно. Давай я посмотрю, что там у тебя.

Джейс одарил меня благодарной, хотя и смущенной улыбкой, затем достал свой блокнот. Обложка и страницы были потрепанными, но он быстро пролистал их, чтобы найти песню, над которой ему нужна была помощь. Расправив страницы, он передал его мне с озабоченным выражением лица.

Заинтригованная, я подняла бровь, глядя на него, прежде чем начать читать текст песни. Он беспорядочно нацарапал музыкальные ноты под строчками стихов, так что это заняло около дюжины страниц, и я быстро погрузилась в историю, сотканную его песней. Я почти могла слышать мелодию в своей голове, когда Джейс медовым голосом поет мне слова песни. Потому что по сути эта песня была от Джейсамне.

Когда я дошла до конца, где его почерк оборвался из-за того, что Грейсон его прервал, я шмыгнула и вытерла влажные щеки.

— Джейс, — прошептала я хриплым голосом. — Это...

— Все правда, — пробормотал он, опустив глаза на блокнот в моей руке. — И это следовало сказать давным-давно.

Я тяжело сглотнула, сосредоточившись на странице, на которой остановилась его ручка. Затем я нахмурилась. — Почему бумага хрустящая?

Джейс резко втянул воздух, его щеки запылали. — О, э-э, я кое-что пролил.

Я сморщила нос и попыталась поскрести затвердевшую бумагу, чтобы спасти чернила под ней. — Ты ел йогурт или что-то в этом роде? Черт возьми, Джейс, ты мог испортить весь блокнот.

— Да. Йогурт. Это хороший, эм, полноценный перекус. В любом случае, это к делу не относится. Ты можешь помочь мне закончить это? Я подумал... может быть, это то, что нам нужно сделать вместе? — Его глаза наполнились надеждой и извинением, прямо как в песне в моих руках. Вопрос был не в том, смогу ли я помочь ему написать песню, а в том, смогу ли я простить все те дерьмовые вещи, которые он наговорил мне за последние несколько месяцев. Смогу ли я простить его за то, что он так легко ушел от нашей любви много лет назад.

Я глубоко вздохнула. — Раньше мы так хорошо писали вместе, — пробормотала я, снова проводя большим пальцем по испачканной странице, и во мне закружился торнадо противоречивых эмоций.

— Мы все еще можем, — ответил он мягким голосом, его рука нашла мою и нежно сжала. — Разве мы не можем?

Я не была так уверена. Яхотела сказать "да"... Но я также не была полностью уверена, что готова простить его. От стольких ехидных комментариев можно было легко отмахнуться, но его гнев и негодование по поводу потери нашего ребенка было трудно проглотить. Извинился бы он сейчас или нет, я не смогла бы забыть то, что он сказал, и то, что он чувствовал. Пока нет. Не так легко, и, черт возьми, это было больно.

Мои губы приоткрылись, я встретилась с ним взглядом, но не произнесла ни слова. Мгновение спустя автобус замедлил ход, останавливаясь, и Ханна объявила, что мы прибыли в наш загородный дом.

— Роза... — Джейс умолял, но я высвободила руку из его хватки и вернула блокнот обратно.

— Прости, — прошептала я, соскальзывая со своего места. — Я просто не... — Я замолчала, прежде чем смогла по-настоящему расплакаться. Не в силах вынести сокрушительного разочарования в его взгляде, я отвернулась и поспешила выйти из автобуса.

— Все в порядке? — Спросил Анджело, оглядываясь на автобус. — Это показалось мне напряженным.

Стиснув зубы, я слабо улыбнулась ему. — Прекрасно. Мы можем уже заходить? — Судя по всему, наша охрана прибыла за несколько минут до нас, и один из парней у двери махнул нам рукой, показывая, что входить безопасно.

Анджело обнял меня за плечи, когда мы вошли внутрь, и я прижалась к нему всем телом. Черт возьми… что мне делать с Джейсом?