Как я уже упоминала, я считаю Авангард мрачной романтической историей, но скорее на «светлой» стороне спектра (особенно если вы заядлый читатель жёстких дарк-романов). Так что имейте это в виду: для вас она может показаться мрачной, а может и нет.

При этом есть предупреждения о содержании, на которые стоит обратить внимание ради вашего ментального здоровья. В книге присутствуют:

описание государственно санкционированной торговли людьми и правительственных экспериментов над маргинализированными сообществами и иммигрантами в пост-антиутопическом мире (в контексте исторической реальности США);

грубая лексика, которая не понравится ни одному богобоязненному человеку;

насилие с применением огнестрельного оружия, множество смертей и убийств (в духе «Я раззможу твою башку» из «Таблетка ярости», но всерьёз);

жестокость в отношении героини (не домашнее насилие);

политика!;

пытки;

откровенные сексуальные сцены;

удушение (почти до смерти);

сомнительное согласие;

связывание;

фетиш размножения;

преследование;

вуайеризм;

эксгибиционизм;

герой может некоторое время держать героиню в плену и вести себя не слишком любезно (зато он будет стирать её вещи и насильно кормить);

непереносимость лактозы;

политическая жестокость (не показано напрямую);

алкоголизм (в прошлом);

жестокое обращение в детстве (не показано напрямую);

два морально неоднозначных персонажа, которые куда безумнее, чем вы думаете.

Приятного чтения!

 

 

ГЛАВА 1

МИЯ

 

ЛОНДОН, ВЕЛИКОБРИТАНИЯ — ОКТЯБРЬ 2040

 

Задание казалось простым: убить первого в мире супергероя.

Ну, ладно, может, и не таким уж простым. И убийство не было главной целью. Да и сам термин «супергерой» применительно к Авангарду оставался предметом споров. Но у меня всё же имелись чёткие инструкции: при крайней необходимости — ликвидировать.

Что, признаться, придавало заданию изрядную долю столь необходимой новизны — той самой, которой в наши дни катастрофически не хватает шпионскому ремеслу. Быть профессиональным киллером в секретном подразделении МИ-6 порой чертовски тяжело.

Сегодня вечером, после месяцев тренировок, формирования нашей спецгруппы и тщательной подготовки, план наконец был готов к реализации.

Я была готова к реализации.

— Волнуешься? — мягкий йорубаский акцент Байо звучит у меня в голове.

— Ни капли, — отвечаю я, глядя на себя в зеркало уборной и стирая излишки помады по краям губ.

— Врёшь, — парирует он. — Давление 165 на 90. Сделай дыхательные упражнения.

Я недовольно бурчу:

— Ладно, пап.

Он усмехается:

— Лучше прекрати так меня называть, а не то подумаю, что у тебя проблемы с отцом.

Я хмыкаю. Присутствие Байо в моей голове — одновременно утешение и досада. С одной стороны, я никогда по-настоящему не одна, благодаря устройству, непрерывно передающему и принимающему сигналы через мою левую серьгу. Это золотое украшение в виде мотылька (в честь моего имени) с крошечным бриллиантом в центре. Единственный способ разорвать нашу связь — снять серьгу, но мне строго-настрого запретили делать это во время сегодняшней операции.

И это порой раздражает. Последнее, чего мне хочется, чтобы Байо слышал, как я сижу в туалете. Скажем так, за последние несколько лет мы стали слишком близки.

Впрочем, когда кто-то ворвался в ту самую уборную, потому что моя легенда накрылась, я, чёрт возьми, была рада, что он у меня в ухе.

— Возьми бокал шампанского, — говорит он, наблюдая за всем через взломанную систему видеонаблюдения гала-вечера. — К тебе слева приближается официант. Прикрой рот бокалом.

Я бросаю взгляд на официанта и плавно беру бокал с позолоченного подноса.

— Ладно. И что теперь? Ты видишь Авангарда или его сопровождающих?

Пока жду ответа, осматриваю зал. Сегодняшнее мероприятие — гала-вечер, организованный принцем Джорджем в пользу одной из его многочисленных благотворительных организаций. В толпе смешались лондонские светские львицы, знаменитости, политики и все, кому важнее подняться по социальной лестнице и засветиться, чем действительно приносить пользу обществу. Место проведения в роскошном, богато украшенном Музее Виктории и Альберта. Повсюду люди в платьях и драгоценностях, соперничающие по красоте с произведениями искусства на стенах.

— Он во внутреннем дворике с премьер-министром, — сообщает Байо. — По ту сторону зеркального бассейна.

— Поняла, — шепчу я, прикрываясь бокалом и направляюсь по коридору.