— Ты не проблема, Торн. Я начинаю думать, что, возможно, ты и есть решение. — Странное выражение появилось на его лице, и я сморщила нос, пытаясь понять, что, черт возьми, он имел в виду под этим. Прежде чем я успела спросить, он обхватил мое лицо ладонями и коснулся своими губами моих.

Слава богу, я наш ла минутку, чтобы прополоскать рот после рвоты !

Шок заставил меня замереть. Казалось, он почувствовал это и снова начал отстраняться, но этого было достаточно, чтобы прийти в себя от удивления. Не давая ему отступить, я наклонилась и поцеловала его в ответ. Полетели чертовы искры, его поцелуй был таким электрическим, когда я обвила руками его шею и прижалась ближе. Ретт издал самый сексуальный тихий стон, когда я приоткрыла губы, целуя его глубже и позволяя нашим языкам переплестись. В глубине души я знала, что только накручиваю себя. Теперь, когда я знала, каково это – целоваться с Реттом Сильвером, как я вообще могла уйти?

Звон лифта заставил нас обоих вздрогнуть. Я совершенно забыла, где мы находимся, и, по-видимому, он тоже. За исключением того, что мы были не на уровне пентхауса, а несколькими этажами ниже, и Грейсон вошел с мрачным выражением лица и полотенцем от пота, обернутым вокруг шеи.

Он определенно только что видел, как мы целовались. Черт.

Ретт не пытался отодвинуться, обхватив меня рукой за талию и прижимая к себе, когда я попыталась увеличить расстояние между нами.

— Ты уже говорил с копами? — Спросил Ретт, как ни в чем не бывало, черт.

Грейсон просто хмыкнул, и я понятия не имела, было ли это "да" или "нет". В зависимости от того, как долго я была в отключке, я думаю, он мог встретится с ними до того, как пошел в спортзал.

Однако Ретт, похоже, понял это и вздохнул. — Достаточно справедливо. Похоже, Том все равно уже сотворил свою ловкую магию. Похоже, они не слишком беспокоились о том, чтобы снова поговорить с тобой.

— Хорошо, — пророкотал Грейсон. Его темные глаза встретились с моими в отражении зеркальной двери. Какое-то напряженное мгновение он просто смотрел мне в глаза, затем его внимание вернулось к Ретту. — Джейс убьет тебя, если узнает об этом.

Черт. Он был так прав. Чувство вины захлестнуло меня, хотя мы с Джейсом были древней историей.

— Чушь собачья, — ответил Ретт. — Он уже думает, что мы переспали прошлой ночью, а я все еще дышу.

Бровь Грейсона приподнялась, и я, казалось, не могла перестать пялиться на него в зеркало. — Но вы этого не сделали, — пробормотал он. — И Джейс знает это, в глубине души. Тебе нужно серьезно поговорить с ним, если это произойдет сейчас.

Под этим я предполагаю, что он имел в виду меня и Ретта. Вместе. Этого ли я хотела? Быть с Реттом, даже если это причинит боль моему возлюбленному детства? Но даже когда я задавала себе эти вопросы, полные ненависти глаза Джейса не выходили у меня из головы. Его резкие комментарии о том, что я шлюха, и то, как он глумился надо мной, как будто я была меньше, чем собачье дерьмо.

Холодный гнев поселился у меня в животе, и я поняла, что ответ был простым. ДА. Да, я хотела продолжить это с Реттом. Я хотела больше тех греховных, вызывающих трепет поцелуев. Я хотела знать, как ощущаются его руки на моей коже и каково это – обхватить ногами его стройные бедра, пока он...

Короткий ответ. ДА. И если у Джейса были проблемы с этим, он мог поцеловать меня в задницу. Мне надоело чувствовать себя тряпкой. Он хотел обращаться со мной как со злодеем из своей истории? С таким же успехом я могла бы получить вознаграждение в виде поцелуев Ретта Сильвера… и не только.

— Прошло восемь лет, — сказала я вслух, отвечая Грейсону, несмотря на то, что он разговаривал с Реттом. — Джейсу, блядь, нужно прийти в себя. В тот день пострадали все мы, не только он. Самое время ему вытащить голову из задницы и перестать разыгрывать жертву. «Беллероуз» не существовало бы, если бы не мой выбор.

Глаза Грейсона слегка расширились, но единственным его ответом был короткий кивок. Что бы, блядь, это ни значило. Однако я догадалась, что скоро узнаю, потому что мы добрались до уровня пентхауса.

Ретт продолжал обнимать меня, пока Грейсон отпирал дверь и придерживал ее, чтобы мы могли войти. Но я отделилась от Ретта, как только мы оказались внутри, на мгновение задержавшись, чтобы посмотреть на большого барабанщика.

— Эм, мне нужно поблагодарить тебя, Грейсон, — неловко сказала я, прикусив губу. — Ты серьезно спас меня там, на концерте. Я действительно ценю это.

Его бесстрастное лицо долго смотрело на меня сверху вниз. Затем он слегка вздохнул и провел большим пальцем по моей нижней губе, которую я снова прикусила. — Не делай этого, — пророкотал он. — Ты не неуверенная в себе девушка; не притворяйся таковой.