Разница выяснялась позже, обычно в кабинете банка, а иногда и в суде. Мне нужно было понять, к какой категории относится Гильермо.

Я взял карандаш и обвёл даты приобретений. Сам по себе объём меня не впечатлял. Большие компании должны покупать много, иначе они превращаются в маленькие компании с большими административными расходами. Меня интересовала скорость.

Гостиничный бизнес особенно хорошо умеет создавать иллюзию богатства. Владелец может быть должен банкам сумму, от которой у нормального человека начнёт дёргаться глаз, но постоялец всё равно войдёт в холл, увидит мраморный пол, свежие цветы, консьержа в костюме и решит, что хозяин всего этого великолепия, должно быть, купается в деньгах.

Возможно.

А возможно, мрамор принадлежит банку, цветы оплачены из оборотного кредита, а владелец последние две недели объясняет финансовому директору, почему новый объект непременно выйдет на плановую загрузку в следующем квартале.

Недвижимость замечательно подходит под залог.

Именно поэтому она так опасна для людей, которым однажды понравилось расширяться за чужие деньги.

Предположим, отец Евы оставил после себя относительно здоровую гостиничную сеть, где значительная часть объектов уже была выплачена или хотя бы имела небольшой долг. Для Гильермо это означало не только десятки гостиниц, но и готовый набор красивых, понятных банку активов, которые можно было заложить.

Один объект обеспечивает кредит на второй.

Второй растёт в цене и помогает купить третий.

Третий ещё строится, зато первый уже можно перезаложить.

Потом появляется холдинговый долг, потом облигации, потом рефинансирование.

Потом финансовый директор начинает использовать слово «оптимизация структуры капитала», хотя по сути речь идёт о старой человеческой традиции занимать новые деньги, чтобы не возвращать старые прямо сейчас.

Я слегка улыбнулся и выписал на отдельный лист одно слово.

Сроки.

Размер долга не имел особого значения без понимания его структуры. Компания может быть должна десять миллиардов и чувствовать себя прекрасно, если долг дешёвый, длинный, а денежный поток стабилен. И может начать задыхаться от двух миллиардов, если половину надо вернуть через шесть месяцев, новый объект ещё не открыт, ставки выросли, а банк вдруг вспомнил, что слово «обеспечение» означает не только красивую строку в договоре.

Мне нужны были даты погашения. Какая часть кредитов заканчивается в ближайший год? Какая — через два? Где плавающая ставка? Какие объекты заложены несколько раз? Есть ли перекрёстные гарантии? Что заложено под строительство?

Какая часть новых гостиниц реально приносит деньги, а какая пока только прекрасно смотрится на фотографиях для прессы.

Потому что если Гильермо сидит на длинном долге, при этом гостиницы стабильно заполнены, а страховая генерирует хороший денежный поток, то мой блестящий план закончится тем, что я потрачу время, а он испытает некоторое финансовое раздражение и вечером всё равно спокойно поужинает.

Меня это не устраивало.

Я хотел увидеть конструкцию, в которой неприятность превращается в проблему, проблема — в необходимость срочно искать деньги, а необходимость срочно искать деньги — в тот чудесный момент, когда человек наконец обнаруживает, что его состояние состоит преимущественно из активов, которые нельзя быстро продать.

Гостиницы для этого подходили почти идеально. Они дорогие и престижные. Они прекрасно выглядят на обложках деловых журналов.

И они обладают неприятным свойством продолжать жрать деньги даже тогда, когда люди перестают в них приезжать.

Здание нужно содержать независимо от загрузки.

Охрана, инженерные системы, персонал.

Кондиционирование, бассейны, кухни, лифты, ремонт, уборка — всё продолжает существовать, даже если половина номеров пустует.

А банку особенно безразлично, сколько туристов решило приехать на побережье в этом месяце. Банк вообще удивительно равнодушен к человеческим трагедиям, пока они не отражаются на графике платежей.

В хороший сезон гостиница выглядит как печатный станок.

В плохой — как очень дорогое здание, где каждый открытый номер напоминает владельцу, что недвижимость сама себя не обслуживает.

Если Гильермо после смерти Арано действительно разогнал сеть кредитами, ему приходилось постоянно поддерживать высокую загрузку, хорошие тарифы и доступ к новому финансированию.

Когда предприниматель расширяется за счёт долга, это означает, что ещё через год ему нечем будет закрывать предыдущие решения.

Рост перестаёт быть преимуществом.

Если гостиницы Арано после объединения оказались тесно связаны со страховой группой дэ Мачадо, то Гильермо получил не просто два бизнеса, а возможность использовать один для поддержки другого. Дивиденды. Гарантии. Внутригрупповые займы. Инвестиции. Совместные активы. Ничего необычного и, при грамотной структуре, ничего особенно опасного.

При неграмотной — наоборот.

Я положил карандаш и несколько секунд смотрел на стол.